Частная практика

Аннотация
<p> Порой и некромантам необходима серьёзная психологическая помощь, найти которую не так-то просто. А раз уж у невесты друга имеется знакомый психиатр, который и частную практику ведёт, то грех этим не воспользоваться. Правда, она с некромантами ей прежде работать не доводилось, но главное ведь начать.</p> <p> А там оно само как-нибудь да сложится.</p>

— Катюх, а Катюх, скажи честно, ты частную практику ещё не свернула?

— Ещё нет.

— Значит, деньги тебе нужны? — поинтересовалась старая приятельница и глаза прищурила, этак, точно зная, что деньги нужны.

А кому они не нужны?

В бюджетной больнице и платят бюджетно. Нет, частные сеансы доход приносят, но не сказать, чтоб превеликий. Да и то в нынешние времена развелось психологов со справками и дипломами об окончании курсов. Причём курсов было множество.

И эмотологи.

Нумерологи.

Специалисты по концептуальному развитию личности.

Раскрыватели чакр и внутренних потенциалов. В общем, конкуренция росла, а самое обидное, что при всём том Катерина её не выдерживала. Ну да, чтоб решить проблему, надо её решать, а это не всегда приятно, чаще даже наоборот. Местами болезненно.

Как правило долго.

И зачастую сперва незаметно, что проблема решается. А в сети обещают исцеление за три сеанса или за четыре, если с индивидуальным сопровождением.

Вот и остались разве что старые и преданные. Да и те — с придурью.

— Нужны. Очень, — честно ответила Катерина. — Клиент есть?

— Есть. Только… как бы выразиться… немного необычный.

— Знаешь, обычные к психиатрам не ходят.

— Не в этом плане. Скорее уж… — Елена слегка смутилась, как всегда, когда заговаривала о той стороне, на которой теперь проводила большую часть времени. — Он некромант.

— Настоящий?

— Вполне.

— И что с ним? — поинтересовалась Катерина, потому что… потому что и вправду было интересно. Пациенты к ней всякие попадали, но большею частью случаи были весьма заурядными.

Зависимости разного рода.

Шизотипические расстройства во всём их чудесном многообразии. Навязчивые состояния и так, по малости, детские комплексы, подавленные страхи и желания.

— Утратил смысл жизни.

— У меня его нет, — Катерина разлила вино, которое Елена принесла с собой. Бутылка пусть без этикетки, видом своим внушала мысли о древности и немалой стоимости напитка. Да и сама Елена за прошедшее время изменилась. И даже не в том, что одежда на ней теперь не из секонда, купленная, чтоб было чего надеть. Скорее уж исчезла тоска из глаз, и это растерянно-обиженное выражение лица, детское такое, выдававшее, насколько ей плохо.

А теперь вот хорошо.

— Плохая шутка, да? — Катерина нарезала сыр и виноград достала, отметивши, что в холодильнике пусто, да и виноград она купила исключительно по душевному порыву.

Захотелось вот.

— Плохая. Дело в том, что, если это состояние не переломить, он погибнет.

— А сам он хочет лечиться?

— Сам он сейчас ничего не хочет.

— Сложно…

— Елизар заплатит, сколько скажешь.

— Да не в деньгах дело, — отмахнулась Катерина. — Деньги это… с друзей деньги брать как-то оно… я его и так гляну, но ты же понимаешь, что если он меня на хрен пошлёт и дверь закроет, то я ничего не сделаю. Даже если не закроет, то не факт, что сделаю. Глубокая депрессия требует медикаментозного лечения, а как таблетки на этого твоего… некроманта подействуют?

— Скорее всего, что никак, — Елена явно опечалилась. — У некромантов природная способность выводить всякие яды.

— А лекарство — это тоже яд.

— Именно.

— Ладно, глянуть я гляну, может, всё не так и запущено, — Катерина оторвала виноградину и вином запила. Вкусное. Такое вот, насыщенное, густое и тягучее даже. Бархатистое. — А ты не сиди, рассказывай, давай, с чего там всё началось… или постепенно развивалось? Хотя в любом случае что-то стало спусковым крючком. И пей давай, а то я опять одна наклюкаюсь… слушай, а жить он где будет? Надеюсь, твой Елизар не ждёт, что я приду, руками повожу и его приятель воспрянет к жизни?

— Не ждёт. Он, честно говоря, уже и не надеется. Понимаешь, когда некромант теряет смысл жизни, обычно всё заканчивается не очень хорошо. В лучшем случае он уходит на охоту и погибает…

— А в худшем?

— В худшем… воскресает после смерти и превращается в нежить.

— Так себе перспектива, — Катерина отметила, что странное дело, но этот, довольно бредовый по сути своей разговор, воспринимается ею вполне нормально. — Ну и с чего началось-то?

— С деревни, — Елена вино разглядывала. — Небольшой деревеньки. Мир… такой вот, магическо-техногенный… то есть…

— Магия и техника.

— Да. Как по мне, самое неудачное сочетание. В итоге ни то, ни другое толком не развивается, — поделилась Елена. — Но это не так важно. Нежить там водилась, но не сказать, чтобы много. В Гильдию поступила заявка о пропаже купца Ятрышникова с двумя приказчиками, холопами…

Песня, а не рассказ.

Купцы, приказчики, холопы. Прям чем-то родным, но подзабытым, повеяло.

— А с ними сгинула и дочка, которую купец с собой за какою-то надобностью взял. Хотя вдова утверждала, что он и раньше брал, но всегда возвращались вовремя. А в этот раз даже письма не послал. Сгинул и всё. Вдова вспомнила, что и вёл себя муж очень странно. Спешил. Суетился. Только приехал и сразу назад, что вроде как договор у него и спешить надо. Принесла она и вещи, а от вещей разило тьмой. Разбираться отправили Калинина.