Кивнув, Ланчер перевел взгляд на экран-иллюзию, показывающую как Сириус ударил потоком Черного Пламени, стена которого, охватив коридор от пола до потолка, двигалась впереди Блэка, уничтожая всё на его пути.

— Впечатляет, — выдохнул Эдвард, не отрывая взгляда от того, что делал мой друг, — Я бы даже сказал…. Весьма и весьма…

— Сириус давно перерос титул магистра, — кивнул я, — Увы, обстоятельства и загруженность…

— Понимаю, — смог оторвать взгляд от изображения мой собеседник и повернуться ко мне, — Вы, полагаю, тянули по тем же причинам?

— Не только, — покачал я головой, — Политика. Да и личные разногласия с некоторыми Архимагами… Пришлось постараться, чтобы со мной стали считаться, а не воспринимать очередным расходным материалом.

Покачав головой, Ланчер снова уставился на экран-иллюзию.

Премьер-министр был действительно впечатлен происходящим. Собственно, он являлся первым правителем Федерации, что мог наблюдать Испытание лично, а не в виде записи из архивов древности. Маги крайне редко подпускали простецов к подобным мероприятиям. Когда же Испытание довелось проходить мне, Хоган и его товарищи сделали всё, для того, чтобы никто не смог вести запись и материалы о произошедшем не попали в руки разведок.

Сегодня же ситуация была иной.

Я смог продавить Хогана и Вейли, благодаря чем они согласились на присутствие журналистов, блогеров и прямую трансляцию для всего человеческого космоса. Впервые с момента распада Империи Дракона, люди могли увидеть превращение магистра в Архимага. С политической точки зрения это крайне важный момент.

— Очень жаль, что ваше Испытание не стало достоянием общественности, — произнёс Ланчер, нервно улыбнувшись.

Я понимал причины такого поведения министра. На экране-иллюзии Сириус как раз использовал Теней для расправы над группой странных существ, напоминающих результаты неудачных экспериментов химеролога. Учитывая пристрастие Блэка именно к темной магии и всему тому, что связано с Тьмой, его совершенно черные, лишенные белков, глаза, из которых буквально сочился дым, Эдвард демонстрировал поразительное самообладание. Мало кто из простецов мог спокойно смотреть на подобные вещи. Как правило, большинство предпочитало бежать, а немногочисленные смельчаки — открывали огонь из того оружия, что у них имелось.

— Оно было ещё более… примечательным, — хмыкнул я, вспомнив то, как сам бродил по этим мрачным коридорам.

Впрочем, сразу же из памяти всплыли образы другого лабиринта, находившегося на давно исчезнувшей в Бездне планете и сокурснице, что погибла из-за моей ошибки.

«Интересно, как бы повернулась Судьба, уцелей Гермиона? — пришел на ум мрачный вопрос, которые я задавал себя далеко не один раз, — Выжил бы Грегори? И как бы тогда развивались события в Топях?»

Гадать и строить предположения можно было до бесконечности. Увы, но уже ничего не изменить. Прошлое неизменно. Невозможно вернуться назад и вмешаться в давно ставшие пылью времен события минувших лет.

Вообще, я далеко не один раз пытался призвать души своих погибших сокурсников. Гермиона, Грегори и Демельза… Они, будучи, фактически, детьми, совершили невозможное. Выжили там, где другие сошли с ума и погибли. Продолжали действовать, в то время как большинство опустило руки и сдалось…

Увы, но череда именно моих ошибок и малодушия привела к их смерти.

Образы исчезающей в пламени фигуры Демельзы, бездыханного тела Гермионы, голову которой буквально разворотило обломком трибуны, и Грегори, захлебывавшегося кровью на пыльном полу в руинах Хогвартса, будут преследовать меня вечно. Почему так?

Ответ я давно нашел.

Они были детьми. Не взрослыми магами и ведьмами, закончившими обучение и осознанно выбравшими свой путь, а подростками, попавшими под каток кошмарной и бесчеловечной ситуации. Я же являлся опытным боевиком в теле юнца. Мне надлежало нести за них ответственность. Но я не справился. И плевать, что для нас главным был Сириус. Для подростков авторитетом и фактическим вожаком являлся именно я.

— Айзек? — сжала мою ладонь Миина, — Всё в порядке?

Взгляд Тлегу был обеспокоенным.

— Всё хорошо. Дурны воспоминания.

— Этот Лабиринт так зацепил вас? — поинтересовался Ланчер, снова повернувшись ко мне.

— Нет. Другой, — хмыкнул я, — Когда-то мне довелось участвовать в одном турнире, финальным испытанием которого тоже был лабиринт. Мне и моей напарнице удалось пройти его, но уже во время награждения на нас напали террористы. Они устроили взрывы и… Мне не следовало давать своей подруге снимать шлем. Увы, но излишняя вера в безопасность мероприятия стоила ей жизни.

— Сколько вам было лет?

— Пятнадцать… Физически. Фактически, я к этому времени уже помнило свою прошлую жизнь и психологически был старше.

— Похоже, что Госпожа Фортуна постоянно подкидывала вам… испытания, — покачал головой Эдвард, — Вы не пытались понять в чем дело?

— Ответов на мои вопросы найти не вышло.

«И не только их, — мысленно скривился я, — Души моих давно погибших друзей тоже не получилось найти. И хорошо, если они ушли на перерождение, а не стали кормом демонов, устроивших на Земле своё жуткое пиршество.»