Вдохновение!

— Танец во смерти! — кричу на все легкие.

Рипра, прокрутившись вокруг себя, опасным смерчем «плывет» сквозь мазутных, рубит их в кашу, рассекает плоть. Столкновение! Лезвия балерины столкнулись со щитом, борьба, сопротивление, искры.

Восемь секунд.

Беру разбег! Перепрыгиваю тела, на ходу наношу удар, ухожу в сторону от ручонки уже восстановившегося. Гера натягивает тетиву.

— Ха! — выпрыгиваю из-за спины Ван. Пока духи борются, нас с противницей разделяют всего несколько шагов.

Выстрел! Стрела пролетела около моей головы, ранив щеку. Два ноль в пользу Атам. Но вот и всё! Дистанция минимальна. Я не боюсь, не испытываю ничего, кроме пьянящего куража.

Удар тесака!

Блок луком!

Стрелковое оружие перерубило, как нож масло. Гера не ожидала такой силищи. Да и сам Долтон в шоке.

Бью кулаком! Попадание! Капля крови от губы девушки. Делаю шаг вперед. Удар головы! Снова попадаю. Теперь носик Герры закровоточил. Асмодей не успевает считать.

Рыцарша, ведомая паттерном, нашла силы оттеснить Рипру. Так я и думал. Резко разворачиваюсь. Блок! Новый поток искр, скольжу назад. Казалось, больше не смогу нанести последний удар, все силы направлены на атаку Костали.

Гера упала на колено, достала стрелу, чтобы использовать её как новое оружие. Да вот подняла голову. Её глаза расширились от удивления. Почти впритык… Рипра Ван с жуткой улыбкой направила на неё руку. Прокаженные духи действуют сами по себе.

Выстрел!

— Кха! — падает Гера с раной в груди.

— Три попадания! Стоп игра! — щелкнул Асмодей. — Победил Алый Принц!

Неприкаянные возвращаются в тело мазутной твари, тварь исчезает. Одинокие хлопки от немногочисленных зрителей. Долтон со злостью разбил бокал. Авикта уже спешит на помощь Гере, как и дух избранницы, оставив натиск, приподняла голову хозяйке, хм, искренне переживает.

— Молодец, Ван. — Шмыгаю я, стараясь остыть.

— Хе-хе. — Реверанс. Исчезает.

Рипра — уровень 3!

Асмодей, еще немного похлопав, удовлетворительно кивнул. А Миридиан… Она просто ушла.

— Красавчик! — Подлетела Мими, хлопнув меня по плечу.

— М-м-м! — Рана адски болит. Хочу порезать подругу. Плюс кровь на щеке не останавливается.

— А… ой. — Поняла она по взгляду. — Прости. — почесала затылок. — Слышала укрепление делает Прокаженных сильнее, и, ам, возбужденнее. — показывает язык. — Хочешь потрахаемся?

— Отвали… Мими. — сажусь на пол.

— Ладно-ладно. Я просто предложила…

Авикта призвала духа. Девочка, маленький ангелочек с одним крылом, сложила руки над лежащей Герой. До этого гримаса боли, и слезы по щекам. Сменились облегчением.

— Сейчас Коста и тебя подлатаем. — улыбается мне Вердо.

— Позорище. — лишь бросил Долтон. Не замечая никого, обиженкой потопал на выход. — Исполни все, что прикажет Принц. — сказал он напоследок.

Гера закрыла глаза. Сжала кулаки. Хе. Бедолага смирилась со своей судьбой. Да вот какая у неё будет судьба?

Сейчас придумаю.

Наконечник стрелы с почти неслышным звуком покинул мою плоть и упал на каменную кладку. Спустя мгновение рана затянулась, да и на щеке не осталось следа.

Девочка-ангел мило улыбнулась, и только сейчас я заметил, что её лицо покрыто едва заметными линиями. Они не искажают черты, но явно указывают на то, что при жизни этому ребёнку были нанесены страшные увечья.

Пока Мими что-то говорила Гере, Асмодей тоже исчез. Я обратил внимание на Авикту.

— Этот дух? — спросил я, наблюдая, как ангелочек возвращается в карту.

— Гритса, — ответила Авикта, потянувшись и выставив вперёд пышную грудь. Удивительно, как она вздымается протягивая взгляд. Хочется схватиться покрепче, сжать изо всех сил. Хм. Укрепление действительно имеет этот неприятный побочный эффект. Вдох-выдох. — Бедную девочку замучили, и я не могла, не захотела расставаться с ней. — Она приложила палец к губам. — Чтобы ты не думал обо мне слишком хорошо, да, я знала, что духи Света обычно получаются из маленьких детей. — Она произнесла это с искренней грустью.

— Знаешь, — снимаю маску, — еще немного, и я поверю, что ты на самом деле не такой уж плохой человек.

— Хе, — она перемещает палец с губ на щеку, — ты лжешь или говоришь правду?

— В Грехе любят интриги, гадай, — улыбаюсь я.

— Наглец, — отвечает она с улыбкой.

Твою мать, Асити, твоя мать даже говорит как ты.

Просунув мизинец в дырку на одежде, я понимаю, что нужно умыться и переодеться.

— Гера? — полуразворачиваюсь. — Жду тебя в своих покоях.

— У-у-у, — веселится Мими. — Так вот что тебе нравится на самом деле! Полное подчинение с ноткой безысходности! — Я… я не буду ничего отвечать.