Сами фигуры неспеша подбирались ко мне, а ландшафт стал понемногу меняться.

Стало светлее, сильно светлее. Пустота над головой сменилось потолком с причудливыми завитушками светильников. Люстры, кажется. Свод придерживался резными колоннами и парой статуй людей передо мной: Мужик с бумагой в руке, одетый в строгий костюм, чем-то напоминающий парадные костюмы Городских - когда-то города скидывали по всей планете агитационный листовки с соответствующим изображением - и женщина с весами в руках, одетая в просторную, так же отдающей аристократичным лоском, хламиду.

Между мной и статуями возникла конструкция, похожая на подиум, почти полностью перекрывающую мне обзор и сверкающей вырезанным на дереве рисунком двух сжатых рук на фоне книги. По бокам высились трибуны, за которыми сидели безликие тени.

Вокруг меня выстроились десяток широкоплечих фигур с масками на лицах, изображающих беспристрастную гримасу. А сам я был прикован наручниками к высокой стойке, считай столбу, который был недостаточно высоким, что бы я мог комфортно стоять, и недостаточно низким, что бы сесть. Какая... необычная пытка.

— "Какого хрена?"– творящийся сюр меня не то, что не пугал, это было даже смешно - "Как будто в голофильм попал..."

— Подсудимый!
– послышался бас со "сцены" и стук молотка - Вы обвиняетесь в серийном убийстве более двадцати человек. Вы согласны с обвинением?

— Нет!
– ответил я, решив подыграть происходящему на потеху хозяину этого пространства - Я не убивал людей.

— ЛОЖЬ!
– послышался многоголосый рев в ответ - УБИЙЦА! УБИЙЦА! УБИЙЦА!

— Тишина в зале суда!
– крикнул судья, стуча молотком по небольшому кругляшу - Тихо всем! Подсудимый, значит вы отрицаете свою вину? В том числе кровожадное убийство достопочтенного Альбо?
– менторски уточнил Судья.

— Он не человек. Он палочник. А если и был когда-то человеком, то перестал им быть, когда Скульпторы превратили его в то, чем он являлся последние века, если не тысячи лет.
– от чего-то выдумывать и говорить то, что было бы выгодно, не получалось. Слова лились искренним потоком сознания - Кто вы такие, что бы судить меня?

— Мы - люди.
– снова погасив пыл толпы, ответил Судья - Древние, по вашим меркам. Мутанты, измененные биоинженерами. Но все намного сложнее, чем ты можешь представить, сопляк! Но незнание никогда не освобождало от ответственности! Ты убил наших братьев и сестер. Убил тех, кто существовал так давно, что тебе и не снилось.

Декорации вновь сменились. Теперь я сидел на неудобном стуле, все так же прикованный наручниками, но уже не к столбу, а к подлокотникам. Вокруг была пустота, и только одна фигура была передо мной, на лице которой показались два человеческих глаза, что давили своей четкостью на фоне туманной пустоты вокруг.

— И для чего они вас создавали? Что бы вы несли пользу! Вот я и решил получить от вас пользу.

— Ты убивал нас. Одного за другим. О какой пользе идет речь?
– без всякой эмоции спросил он, сдавливая мои виски невидимой силой - Система? Так она реальна...
– чуть отстранился Судья - Он не бредил. Что ж, это многое меняет.

— Вы знали о Системе? Погоди-погоди. Давай сначала?
– поморщился я, с трудом борясь с навязчивой откровенностью.

— Забудь. Ты убийца. Твое тело ждет трансформация, а разум заточения.

— Нет.
– вокруг появилось еще с несколько фигур - Мальчишка может помочь. Ты же помнишь, что нам обещали.

— Думаешь это возможно? Признаю, сказки про Систему оказались реальным. Этот пацан уже не первый день её часть, но разве он наш шанс? Этот...
– парировал Судья.

— Так, Бенжи. Я понимаю, тебе нравиться вся эта мишура, но давай-ка поговорим нормально.
– ответила ему другая фигура и взмахнула рукой.

Стул пропал. Пропали наручники. Теперь я сидел на мягком кресле в углу просторной комнаты. в центре был широкий стол, за которым сидела дюжина людей. Их вид был все еще необычным, отличным от привычных мне жителей Гараха.

Они были выше, кто на пол-, кто на целую голову. Их плечи были уже обычных, локти были немного выше, пальцы короче, волосы не вились, как у большинства жителей Свалки, а были гладкими, как у Городских. Но самое главное - это лица. Широко распахнутые глаза, гладкая кожа, лишь с редкими мимическими морщинами, светлые тона, пухлые губы, белые, ровные зубы.

— Эйгель! Ну что за дела?
– недовольно буркнул самый молодой, на вид, человек. Тот самый Бенжи-Судья - Я же почти довел его! Он был на грани!
– это он про меня?