— Сволочь! — крикнул похоронщик и скомкал лист бумаги, после чего спрятал его в карман джинсов.

Максим не оставил ему другого выхода. Конечно, он мог сдаться полиции и уповать на то, что его признают шизофреником, но тёмная сторона его личности могла просто залечь на дно и никак не проявляться. Бывали времена, когда он не объявлялся неделями, а то и месяцами. Дмитрию оставалось только сделать так, как было написано в бумажке.

Он надел перчатки, убрался в квартире, максимально возможно протёр все предметы, затем снова снял перчатки и вынул нож из шеи Ольги, бросив его в пакет к респиратору. Встал напротив убитой и смотрел в её остекленевшие глаза.

Дмитрий размял пальцы. Снова знакомое ощущение холода в сердце… С каждым шагом он приближался к покойнице. Холод в груди становился всё сильнее, уже обжигал сердце изнутри. Дима подошёл вплотную, одну руку положил на голову, другую — на грудь; туда, где было сердце. Оля даже не успела остыть. Дыхание молодого человека стало тяжёлым. Обжигающий холод пополз по его рукам. Мышцы сводило, Диме хотелось кричать. Когда холод прошёл через кончики пальцев, он не удержался и застонал.

* * *

Ольга очнулась. Её знобило. Она часто моргала глазами, так как они успели высохнуть. Дыхание были хриплым. Кто-то захлопнул входную дверь. Но это неважно. Она понимала, что с ней что-то случилось, но пока не могла понять, что именно…

Владимир и Сергей стояли в очереди в кафе «Сербская кухня» на проспекте Энгельса недалеко от их домов. Хотя кафе и носило такое название, там также продавалась шаверма. Работали там граждане бывших советских республик. Сергей очень хотел поделиться с дедом и угостить его плескавицей. Когда до них дошла очередь, повар,— смуглый молодой невысокий мужчина тридцати с небольшим лет,— узнал юношу.

— Здарова, брат! — сказал он с акцентом уроженца Средней Азии.

— Привет, Анис,— ответил Сергей, и они пожали друг другу руки, затем он указал на Владимира: — Это мой дед — Владимир.

— Здравствуйте! — Анис постарался добавить в голос побольше почтения.

— Здравствуйте,— ответил детектив и пожал руку повару.

— Что будете сегодня? — спросил Анис.

— Давай две плескавицы. И ещё мы возьмём по пиву.

— Берите пиво, садитесь!

От кафе тут было только название. Фактически — это павильон для приготовления шавермы с четырьмя столиками для посетителей. Холодильник с пивом и лимонадами находился справа от раздачи еды.

Сергей рассчитался с Анисом банковской картой, и они с дедом сели за один из свободных столиков, Владимир бросил головной убор в угол диванчика.

— Что-то сегодня народа почти нет,— заметил детектив, поняв, что напротив них сидят двое водителей и едят шавермы.

— Будний день, да и рано ещё... Под вечер здесь иногда нет свободных мест.

— Смотрю, тут кроме плескавицы ещё шаурму делают.

— Шаверму, дедуль.

Владимир сначала хотел возразить, но вспомнил, что дочь ему когда-то говорила, что в Санкт-Петербурге говорят не «шаурма», а «шаверма».

— Да, действительно…

Анис принёс Владимиру и Сергею по плескавице на тарелке. Мужчины открыли банки с пивом и начали свой «поздний завтрак — ранний обед». Ели они молча, потому что Владимир ждал сообщение от Корешевского, да и говорить пока что было не о чем.

— А плескавица эта — хорошая штука. Сербская, говоришь? — спросил детектив.

— Да, в Сербии — это дежурное блюдо.

— Повар на серба мало похож.

— Зато готовит вкусно.

— Это верно.

Едва они успели доесть еду и допить пиво, как в кафе зашёл Саша и сразу устремился к ним.

— Ага, вот вы где! А я-то вас везде ищу.

— Да, здесь мы, Саш,— ответил Владимир,— что случилось?

— В общем, сообщения от Корешевского не ждите, он сам приедет и всё расскажет. Я так понимаю, вы сейчас едете к Жарову по месту жительства?

Владимир кивнул, он успел немного захмелеть с выпитой банки пива.

— Ну так-то да. А ты разве не с нами?

— Нет. У меня сегодня свой маршрут,— Саша, предвосхищая неминуемые грядущие вопросы, ответил сам: — Я выбил разрешение на повторное посещение этой особой пациентки. Думаю, я смогу с ней пообщаться лучше, чем ты.

Владимир снова хотел возразить и опять передумал. Уже второй раз за эти полчаса.

— Езжай, если думаешь, что справишься. Попробовать можно.

— Спасибо, Володь!

К павильону подъехал уже знакомый автомобиль «Рено Логан». Дверь открылась, и оттуда вышел Корешевский с папкой в руках. Александр открыл дверь и встретился взглядом с Анисом.

— Кофе можно? — спросил пришедший.

— Конечно, можно! — ответил повар.— Какой, брат? Любой — пятьдесят рублей!

— Американо,— сказал куратор и сразу заплатил.