— Принято, — отвечает образ Авгуры. Так непонятно, разочарована она или нет. — Но должна напомнить, что Миэна находится в моих руках, так что опасно мне угрожать.

— Ты ничего ей не сделаешь, ведь зачем тебе убивать свое новое тело? — равнодушно пожимает плечами эльф.

— Логично, незачем. Но её разум все еще жив и даже продолжает бороться со мной, чем в некоторой степени мешает. Ничего критичного, но я могу испепелить её душу до сухого пепла. Хочешь посмотреть, как я это буду делать? Самое ужасное, когда ты кричишь от боли в теле, которое стало для тебя тюрьмой. Твоя дочь так боялась чувства беспомощности, что сейчас должно быть сходит с ума, — в голосе собеседницы появились нотки кровожадности.

Даэлир призывает на помощь всю свою выдержку, чтобы в очередной раз пожать плечами. Этот разговор уже является битвой в их войне, так что эльф намерен выйти здесь победителем. Все равно его душе не светит спасения, если существует загробный мир с такой функцией.

— Ладно, — Авгура заканчивает разговор. — Мы вместе могли бы построить потрясающие миры, наполненные магией, приключениями, любовью и предательствами, забытыми знаниями и удивительными открытиями. Придется делать одной, как и на протяжении всей моей очень долгой жизни. Никто меня никогда не понимал и даже не хотел.

— Нашла кому плакаться, — скучающий взгляд темно-сапфировых глаз продолжает смотреть на Авгуру, а потом Одиннадцатый изображает зевок. — Всем всегда плевать на других и на их увлечения.

— Ты прав. Это я исправлю первым, чтобы мои увлечения стали бы увлечениями всех.

На плечи Кошмара наваливается огромная тяжесть, а под ногами появляется новая червоточина. Разговор все же закончен, и эльф даже не пытается бороться. В плане силы Авгура стоит намного выше, так что вырваться отсюда будет невероятно сложно, проще не сопротивляться.

— Однако я не собираюсь тебя просто убить. Нет, я хочу, чтобы ты посмотрел на прекрасный мир, что я создам… — говорит напоследок Авгура, а Кошмар исчезает из того места, чтобы очутиться в новом. И это не просто новое место, это мета-экзист!

Авгура решила не запереть в каком-то месте, а насильно заставить пересечь черту мета-существования. Однажды эльф уже жил в этом месте, но только разумом, телесная оболочка осталась в более привычном мире материи. Теперь же Авгура буквально выдавила вместе с телом, в область, где оно не может существовать в привычной форме. Сейчас оно рассыпется на частицы, как это происходит на пятой ступени эффекта потери естества, после чего разум лишится всех эмоций. Даэлир снова станет безучастным призраком, которого уже не будет интересовать что-либо из оставленного мира.

«Возможно, надо было согласиться, но она бы не поверила в мои слова. Ведь это действительно был бы обман», — размышляет эльф, который чувствует себя очень странно. Конечности начинают терять чувствительность, словно наступает паралич. Сейчас у него необычное тело, внутренности которого являются биологическим мета-кристаллом. Подобная структура помогает использовать намного больше сил, оставаясь в неприкосновенности для эффекта потери естества, но сейчас ситуация другая.

Мета-экзист все же не является параллельным миром, в который можно попасть, пройдя через особую дверь или границу. Мета-существование постоянно вокруг, где частицы дельта-гира рисуют рисунок беспредельности на полотне темной материи. Переход туда подразумевает кардинальное изменение любой формы существования, поэтому эльф больше ничего не чувствует от своего тела, которое постепенно рассыпается на частицы.

Обычное тело распалось бы мгновенно, но в случае Одиннадцатого это происходит намного медленнее, но процесс все равно он не может остановить. Пальцы рук и ног уже рассыпаются на блестящую пыль, а в голове возникает эмоциональная пустота, что пугает намного сильнее. Больше страх и суицидальные наклонности не будут проявлять себя, но не будет больше и привязанностей и желания спасти дочь, даже если придется вечно смотреть на её страдания.

Чем больше проходит времени, тем шире приоткрывается занавес перед глазами, которые когда-то уже видели мета-экзист в его неописуемом великолепии. Мир бесконечных вещей в беспредельном пространстве, где возможно что угодно, где бесконечности можно засунуть в зашитый карман, а путь длиной в один шаг может потребовать миллиардов лет ходьбы.

От рук и ног уже не осталось и следа, и теперь разложение откусывает куски плоти туловища, стирает волосы и уши, а также снимает кожу. Но боли нет, так как сигналам рецепторов нужно преодолеть бесконечное расстояние перед тем, как добраться до мозга.

Рядом прокатываются валы странных волн, что оставляют после себя песчаные замки, а шепот звезд становится весьма назойливым. Теперь говорит вся Вселенная, и с этими голосами никогда не сравнится писк любых рас. Гравитационные и электромагнитные волны накатывают на берега темной материи, а дельта-гир водопадами изливается с каждой звезды. Нет больше законов расстояния, сохранения энергии или линейности времени.

Постепенно не становится и Кошмара, от которого осталось лишь кристаллическое сердце, но и оно покрывается сетью трещин. Постепенно переход идет к завершению, пока рядом не рождается голос:

— Я вернулся, но требуется ли продолжать?

Вот только Даэлир больше не может ответить, а сердце рассыпается на сверкающую пыль, которую уносят ветра с бесконечной скоростью. Теперь эльф стал размером со Вселенную, а та — размером с эльфа. Парадоксальное существование того, кто просто смотрит за всем с безмятежным умом, которое вдруг пронзает внезапная боль.