В утро Падения Молота сенатор Артур Джеллисон пребывал в плохом настроении. Единственно с кем он смог связаться в ИРД, были сотрудники отдела по связям с общественностью. Но они не знали ничего, о чем бы уже не сообщалось по радио и телевидению. Не существовало никакой возможности добраться до Чарли Шарпса. Следовало бы как-то добиваться этого, но вообще-то у сенатора Джеллисона не было привычки отрывать людей от дела, которым они заняты, чтобы беседовать с ним. Наконец он решил подключить свой телефон в сеть переговоров космопорта. Чтобы услышать о чем сообщают космонавты.

Пользы это особой не принесло, все загружают атмосферные помехи. Прямая телевизионная передача видна была тоже очень плохо. Столкнется эта проклятая комета с Землей или нет?

Если столкнется — значит Джеллисон многое обязан был заранее сделать, но он этого — не сделал. Не сделал потому, что ему не хотелось выглядеть дураком в глазах своих избирателей. Он не мог позволить себе такого, даже в глазах избирателей этой долины, где он обычно собирал восемьдесят процентов голосов.

С собой сенатор прихватил сюда членов своей семьи, двух помощников… и столько всяческого оборудования и снаряжения, сколько он мог купить, не привлекая излишнего внимания. Это было все, что он мог сделать. Сейчас все, кто приехал с сенатором, находились в этом доме — в большинстве вместе с ним в этой комнате.

Подключенный к телефонной сети репродуктор заговорил. Голос Джона Бейкера и Маурин тут же чрезвычайно насторожилась. Джеллисон уже давно знал о ее взаимоотношениях с Джонни, но он не думал, что Маурин хоть подозревает о том, что он в курсе. Теперь Бейкер развелся, кроме того, именно он был назначен в полет на «Молотлаб». Может быть, когда он вернется из полета… Вот это было бы хорошо. Маурин нужен кто-нибудь. Мужчина.

И Шарлоте нужен кто-нибудь, только она думает, что он у нее уже есть. Джеллисону не нравился Джек Турнер. Его зять был слишком смазлив, слишком любил поговорить о своих наградах, завоеванных в соревнованиях по теннису, и не слишком любил отдавать взятые в долг деньги. «Займы» эти (и не малых размеров) он выпрашивал каждый раз, когда дела его шли не так хорошо, как хотелось бы. А они почти никогда не шли хорошо. Но, похоже, Шарлота счастлива, живя с ним, и дети у них растут хорошие, а Маурин старится — так что возможно, кроме детей Шарлоты других внуков у него не будет. Джеллисон все же продолжал надеяться, что появятся у него и внуки — дети Маурин.

— Ничего не разглядеть, — сказал Джек Турнер. — Ну и картинка:

— Дедуля, сделай нам хорошие картинки, — сказала своему отцу девятилетняя Дженнифер Турнер. Она уже знала, что ее дедушка умеет делать всякие фотографии и всякие прочие штуки, показывая которые можно произвести большое впечатление на своих одноклассников. Нужно отметить, что Дженнифер прочла все, что можно достать, о кометах.

— Молотлаб, говорит Хаустон. Мы не получили вашего сообщения, — сказал репродуктор.

— Дедуля…

— Тихо, Дженни, — сказала Маурин. Волнение, прозвучавшее в ее голосе, заставило всех притихнуть. Картинка на экране телевизора прыгала, кривилась самым невозможным образом, расплывалась. Потом изображение вдруг сделалось четче, и сидящие в комнате увидели множество каменных глыб, окутанных туманом и паром, несущихся с экрана прямо на них.

— Господи, ядро все приближается! — Это Джонни…

— Похоже, что оно столкнется с Землей…

Изображение на экране исчезло. Репродуктор, включенный в телевизионную линию продолжал передавать:

— Над нами шаровая молния!

— Хаустон! Хаустон, на Мексиканский залив пришелся сильный удар…

— Господи Боже!

— Заткнитесь, Джек, — тихо сказал Джеллисон.

— …Просим вас выслать вертолет за нашими семьями…

— …Молот падает.

— Ты не должен говорить с Джеком в таком тоне…

Джеллисон не обратил внимания на слова Шарлоты. — Эл! — крикнул он.

— Слушаю, сэр, — из соседней комнаты отозвался Харди. Быстро вошел в комнату, где находился сенатор.

— Зовите сюда всех работников фермы. Быстро. Пусть их привозят все, у кого есть машины. Доставить сюда винтовки. Действуйте.

— Хорошо, — и Харди исчез.

Все находившиеся в комнате были ошеломлены.

— Что случилось, дедушка? — тихо и протяжно спросила Дженнифер.

— Не знаю, — ответил Джеллисон. — Не знаю, насколько плохо то, что случилось. Чертов телевизор. Чертов телефон молчит. Маурин, попробуй, не сможешь ли ты дозвониться хоть как-нибудь, хоть до кого-нибудь в ИРД. Вот по этому телефону. Действуй.

— Хорошо.

Потом Джеллисон перевел взгляд на Джека Турнера. Турнера в долине не знают. Никто не будет выполнять его распоряжений. Как же его использовать?