3

Я крутил клинок времени, не понимая, как он работает. Символы на нём были мне непонятны, я не знал, что они означают, ведь не умел ими пользоваться. Но теперь у меня был ключ ко всему миру. Так говорила Лилит, и король Пеймон намекал на это. Я слышал, что король Пеймон собирался навестить меня, но зачем? Снова речь пойдёт о ключе, которым я владею?

Поворачивая клинок, я заметил, что среди символов есть похожие точки. Соединив их, как кубики Рубика, я вдруг увидел, как из центра выскочил луч света. Передо мной открылся зеркальный портал. Я увидел, как дядя Станислав ходит по комнатам. Я окликнул его:

— Дядя, ты слышишь меня?

Но он даже не отреагировал. Видимо, ключ блокирует акустический сигнал, чтобы можно было следить за кем-то и при этом спокойно говорить.

Тогда я понял, что ключ — это не просто способ перехода в другие измерения и открытия всех дверей, как Астроград в нашем городке Суровикино. Интересно, что сейчас происходит на земле?

Не успел я подумать, как клинок времени переключился на Суровикино. Я увидел то, что не должен был видеть: прошлое, когда люди попали в ловушку на ночной орионской ярмарке. Гуманоиды-орионы убивали по приказу короля Пеймона. Многие прятались кто куда, превращаясь в призраков или становясь такими же, как они. Ворота куб-астрограда распахнулись, и армии гуманоидов ворвались в город. Суровикино погрузилось в мрак и ужас, превратившись в руины. Среди частных домов выросли домовины, в которых обитали призраки умерших. Живые гуманоиды превращали людей в призраков и заключали их в домовины, где те становились пленниками.

Вот почему король Пеймон стремится к власти. Он не превращает всех людей в гуманоидов и не делает их призраками. Но я не понимаю, почему королева Лилит говорила, что после смерти короля орионцы доверятся лицу короля-демона Пеймона. Никто из них не догадывается, с кем имеет дело. Они выполняют приказы, не задавая вопросов. Гуманоиды, превращённые в таких же, как они, и люди, ставшие призраками, заключены в домовины, из которых не могут выйти.

Домовины продвигаются по городу. Это духи умерших, обладающие силой и волей. Они стремятся достичь небесного кара, удлиняясь до небес. Я понял, что в домовине заточены души умерших. Они не могут выйти из дома — это своего рода наказание за жизнь на Земле.

Интересно, что происходит с другими людьми? Например, Лена, Виктор Раевский и Марта стали орионцами. Зачем это нужно? Возможно, они стали фаворитами. Я видел на вечеринке, как люди превращаются в орионцев.

До меня дошло, что не всех делают орионцами. Это похоже на иерархию: если тебя превращают в орионца, значит, ты важен для короля Пеймона. Если же тебя превращают в призрака и заточают в домовине, то ты просто рабочая сила, поддерживающая баланс мира во вселенной.

Я видел, как город превратился в кошмар. Баба Люда, тётя Таня и другие сбежали от директора школы. Земля раздвоилась, покрылась мраком и опустошением. Тётя Таня, Таисия, Юлия, соседи и баба Люда вошли в Астроград, и портал закрылся за ними. Орионцы не успели их поймать. Всё это я видел через кринжал.

Теперь я знаю, что моя жена Юлия, баба Люда, тётя Таня, дед Матвей и баба Зина уже здесь, на восьмом измерении. Здесь их ждёт приключение. Но есть ли гарантия, что они не в плену у короля Пеймона? И что с ними будет, если королева Лилит решит, что с ними делать?

Я попытался переключить, но увидел, что дядя Станислав ходит. Я снова позвал его, но он не услышал. Когда я вошел через проекционное измерение, он испугался и чуть не сбил меня с ног.

— Миша, это ты? — он отшатнулся, не понимая, откуда я появился.

— Дядя, ты разве не слышал, как я тебя звал? — спросил я.

— Нет, я ничего не слышал! А как ты меня звал? — удивился он.

Я рассказал ему, что у меня есть кинжал, который позволяет перемещаться между измерениями. Я описал ему всё, что видел: домовину, которая ходит по городу, заточенных духов внутри нее и то, как они поддерживают баланс вселенной. Домовина — это символ равновесия между добром и злом.

Я также рассказал ему о знакомых, которые погибли в 1995 году и о которых рассказывала баба Люда. Они стали гуманоидами и похожи на орионцев. Я рассказал о том, что происходит на Земле и где сейчас находятся наши родственники. Они живут на планете Нептун, которая имеет синий-голубой цвет с темными оттенками.Дядя Станислав посмотрел на меня с задумчивым выражением лица и сказал:

— В воздухе что-то странное. Он то ли тяжёлый, то ли лёгкий. Как дышать? На нашей земле всё-таки лучше. У тебя есть клинок времени. Лилит хочет забрать его, чтобы захватить мир и открыть портал в ад. Орионцы об этом знают?

— Нет, — ответил я. — Они, похоже, даже не догадываются, что они мифические существа. Лилит пришла к ним после смерти короля Орионцев, захватила трон и начала войну, чтобы приблизить преисподнюю.

— Мы не дадим ей это сделать, — твёрдо заявил я. — Я знаю, как с ними справиться. Орионцы не представляют, что их ждёт. Среди них есть гибриды, в которых сидят демоны. С гибридами можно бороться только с помощью газлайтера.

Дядя Станислав посмотрел на меня внимательно и кивнул:

— Похоже, ты прав.

4

Я уже знал, как пользоваться ключом. Мы снова открыли портал и прошли сквозь него, оказавшись в совершенно неожиданном месте. Это был полигон, похожий на военный, но совершенно пустой. Вокруг нас возвышался купол, за которым простиралось бескрайнее голубо-синее поле Плутона с небольшими крапинками на поверхности. Лёгкий туман переливался за куполом, как волны океана, создавая жуткое зрелище. Даже в наших самых смелых фантазиях мы не могли представить себе более прекрасного мира, чем Нептун.