— Я как ты. Я устала от секретов.

— Здесь есть одно растение, которое дает хорошую листву, — предложил Джеффер. — Десерт.

Карлот запустила в него оранжевым сфероидом.

«Джеффер ведет себя словно ребенок-восьмилетка, — подумал Разер, привязываясь к куче листьев и готовясь заснуть. — Должно быть, нелегко ему пришлось здесь, одному. Может быть, взрослые где-то в глубине своей так навсегда и остаются детьми…»

— Разер.

— Я Карлот?

Она скользнула под тросами и устроилась рядом с ним. Разер открыл было рот, но тут же снова закрыл его.

— Мне не хотелось бы лгать тебе.

— Что еще?

— Мне просто пришло на ум: а что подумает Рафф?

Она не отодвинулась. Немного спустя она произнесла:

— Ты не понимаешь нас.

— Нет.

— Нам нравится распространять свои гены повсюду. Никто на людях этого не говорит, но ты все же мог слышать. Мужчина и женщина обручаются. Делают вместе детей. Через шестьдесят-семьдесят дней женятся. Может быть, первый ребенок будет похож на всех остальных, может, нет.

— Но зачем?

— Это последняя возможность. Видишь ли, я выхожу замуж за Раффа, но есть и те мужчины, которых я отвергла. Они не могут так просто исчезнуть из моей жизни. Необязательно, что все те периоды сна, когда я отсутствовала, я провела с одним только Раффом. И Рафф тоже посещал своих подруг, я не знаю, кто у него там. Разер, это просто другое отношение. Офицеры говорят, что это нормально. Они говорят о сохранении генофонда.

— Хорошо.

— А Рафф… Ему лучше об этом и не знать. Я же никогда не спрашивала тебя, что подумает Джилл.

«Джилл…»

— Мы друг другу ничего не обещали.

— Да, конечно. Но кто еще остается? В кроне больше никого ее возраста нет. Только ты.

— Я думаю. Если бы я мог тогда сказать ей, что улетаю…

Она ничего не ответила. Разер продолжал:

— Не знаю, стоило ли вообще улетать. Ты всегда возражала против того набега на Библиотеку. И оказалась права. Если Кенди действительно покинул нас, то вообще ради чего все это было затеяно? Флот никогда не перестанет подозревать нас, мы так ничего и не узнали, а я даже не смогу ничего рассказать Джилл, потому что ей нельзя знать о Кенди.

Она шевельнулась.

— Ты хочешь меня?

— Конечно. Каждый сон, что мы проводим вместе, я хочу тебя. И я хочу, чтобы ты всегда принадлежала мне.

— Но этого не может быть. Когда я и Рафф поженимся, между нами все будет кончено. Понял?

— Стет.

Кенди снова и снова прогонял записи ГРУМов-2 и-6. Он даже создал поддиректорий, озаглавленный «Ресурсы, местное использование».

Дерево Граждан обжигает глину, чтобы сделать котел. Обжиг чана для стирки. Обе картины сняты камерой, расположенной в серебряном костюме, пока тот шел сквозь огонь. По одному снимку каждые десять минут.

Изготовление тросов из спагетти-джунглей. Опять Марк Серебряный Человек, целый и невредимый, идет сквозь дым.

Лифт на Дереве Граждан. Далее следует запись, сделанная много лет назад еще Клэнсом-Ученым: лифт Лондон-Дерева, управляемый велосипедами.

ГРУМ-6 меняет орбиту интегрального дерева. «Бревноносец», двигающий другое дерево.

Разер, собирающий мед. Голос Буса, поясняющий, для чего используются самодельные доспехи. Набор доспехов против шершней, сделанный специально для таможенных работников Флота, если они будут искать его и найдут вместо оного серебряный костюм.

Туземцы использовали материалы «Дисциплины», когда те были под рукой. Во всех остальных случаях они выкручивались собственными силами. Они неплохо поживали без Кенди.

«Дисциплина» второй раз начала тормозить об атмосферу, зайдя в газовый тор хвостовой частью. Конус топливной тяги раскалился до температуры бьющей из него струи пламени. Это было не особенно опасно — следовало приглядывать только за плазмой, струящейся вдоль корпуса корабля.

Скорость медиан Дымового Кольца: 11 кпс. Скорость внешнего слоя, в котором сейчас находился Кенди: 3 кпс. Относительная скорость «Дисциплины»: 20 кпс и продолжает падать. «Дисциплина» достигла перигелия и снова начала подъем, окутанная раскаленной плазмой. Животные метались по коридорам. Кенди не мог сейчас отвлекаться на них. Когда корабль первый раз входил в атмосферу, ничего не расплавилось, но сейчас, когда он поднимался, слой газа все утолщался и утолщался — впереди вздымалась громада Мира Голдблатта.

Экран: яростная, бесконечная буря размером с Нептун. Нейдар: ядро размером в две с половиной Земли с периодом оборота семь часов, которое так и будет нести бурю, пока всю его атмосферную оболочку не поглотит Дымовое Кольцо. Приборы: увеличиваются температура и плотность плазмы, скорость резко падает. «Дисциплина» выдержала. Существовала вероятность, что ему придется пустить впереди себя струю водорода, чтобы охладить корпус.

Мир Голдблатта проплыл под ним, выведя корабль на более-менее похожую на круг орбиту. Теперь плотность плазмы быстро падала.