— Никогда не видел, чтобы бревно пригоняли в таком виде. Ты не хочешь рассказать нам об этом?

Бус отхлебнул из чайника. Он любил горячий чай, а этот как раз только-только вскипел. Смакуя его горький, едкий вкус, он перебирал в уме воспоминания.

— Ну, в общем… — начал он.

— Ладно, тогда поговорим о… — махнув рукой, прервал его Хилар.

— Да нет, просто не хочу, чтобы вы беспокоились.

— Рассказывай свою историю, — попросила Йонвив.

Рассказывал он долго. Небрежность и элементарное невезение, пожар, смерть Венд, Кэрилли, которая онемела от перенесенного потрясения.

— Нас спасло одно племя, живущее в кроне соседнего дерева. Они помогли нам заново отстроить «Бревноносец». Потом мы нашли дерево. — Бус заколебался. — Хилар, мы были всего в пятистах километрах от Сгустка, и, чтобы найти что-нибудь получше, нам пришлось бы возвращаться назад, к Голду. А это выглядело довольно-таки приличным, опять же прямо рядом со Сгустком, и нам очень хотелось поскорей вернуться домой.

— Никогда раньше не видел на деревьях термитов.

— Может, какой-нибудь новый вид. Сейчас они умирают. Они не успели нанести стволу большого вреда, осталось еще много хорошей древесины.

— В том-то все и дело. Есть у нас одна маленькая сложность, — откликнулась Йонвив.

Чайник снова пошел по кругу. Бус глотнул из него и передал дальше.

— Я заметил, вам уже удалось продать какую-то часть.

— Самую малость. А потом весь Рынок увидел вас, и все заказчики мигом куда-то испарились. Я мог бы сдать его и в убыток себе, но Йонвив считает…

— Мне кажется, мы можем достичь согласия, — сказала она. — Торговцы не смогут нажиться на нас, если один из нас объявит, что его дерево не для продажи.

Бус улыбнулся. Такое проделывалось и раньше.

— Нам придется немножко подождать, пока до них дойдет, что мы не шутим, — сказал он. — Снов тридцать, не меньше. Одному из нас придется не сладко.

— Мы готовы пойти на это, — ответила Йонвив. — Но, конечно, мы хотим кое-что взамен.

— Говорите.

Он сделал еще один глоток. Горьковатый вкус чая, заваренного из «черномозгового» гриба, тронул внутри него какие-то струны: цивилизация, радушие — он снова дома. Вот бы Риллин сейчас была рядом с ним. Если Хилар затевал какую-то очередную авантюру, Риллин мигом бы его раскусила.

— Бус, — продолжила Йонвив, — мы согласны не продавать наше дерево до середины следующего года. Но нам нужна ссуда на приемлемых условиях. Или я предлагаю то же самое тебе.

Бус молчал.

— Ссуда будет составлять, ну, скажем, десять в четвертой счетов. Этого хватит, чтобы продержаться почти целый год.

Она сделала вид, будто не заметила короткого безрадостного смешка Буса.

— Я не располагаю сейчас такой суммой. А вам, насколько я знаю, столько и не нужно…

— Нам эти деньги совсем не помешают, иначе придется урезать некоторые остальные наши вложения. Но ссудить такую сумму мы сможем: продав дерево, мы окупим ее с лихвой. С другой стороны, то, что вы там затеяли с этим, как его… Деревом Граждан? В конце концов, оно должно принести вам деньги, но это будет не скоро, стет? Хотя у тебя есть дом, вы ведь его еще не заселили.

Бус чуть чаем не подавился и осторожно сглотнул, едва сдержавшись, чтобы не выплюнуть его.

— Риллин мне шею свернет, — сказал он.

— Что ж, тогда ты на это пойти не сможешь, — быстро ответила Йонвив.

Тут ему в голову пришла еще одна идея… Можно выставить дом на продажу, чтобы выиграть время. Если он назначит за него высокую цену, покупатели сразу отступятся и станут выжидать, потому что, по идее, Серженты вот-вот должны разориться. А если Флот достаточно скоро купит у него этот металлический Нарост… Конечно, придется отдать его за меньшую цену, чем он рассчитывал, но тогда у него останется дом.

Но что же такое замыслили эти Белми? Что им эта ссуда? Наверно, какой-нибудь жуткий процент…

— А какой процент?

— До следующей середины года мы обязуемся выплатить пятнадцать процентов. Хотим, естественно, столько же.

Процент был высок, но не чрезмерен. Кажется, его смутные подозрения начинали оправдываться.

— Я подумаю, — сказал он.

Стены стеклянной бутыли изнутри были сплошь покрыты переплетениями прутьев, еле различимыми под мешаниной грязи и растений. Все щели забила грязь, удерживаемая на месте сетями. Из этой грязи поднимались растения, увенчанные красными и желтыми сферами и цилиндрами. А поверх переплетений, поверх грязи, по всему, на что только падал взгляд, ползли увитые листвой лозы.

Это были настоящие джунгли с множеством изгибающихся проходов внутри. Внезапно Дебби ощутила страшную тоску по Штатам Картера… Хотя едва ли джунгли ее детства могли сравниться с Вивариумом.

С одной из лужаек за ними наблюдал уже довольно пожилой, невысокий гигант из джунглей. Из-за влажной жары, постоянно царящей в Вивариуме, на нем были надеты только короткие шорты. Кожа его была желтовато-коричневого цвета, уголки глаза как-то смешно скошены к вискам. С некоторым удивлением он смотрел на приближающуюся толпу.