Скервулд нажал на клавишу, и автодок Каца вбрызнул в лёгкие больного успокоительное. Кац рухнул на спину и глубоко вздохнул, Скервулд включил гипно-стимулятор Каца.

Гарнер резко спросил:

— Кто-нибудь из этих людей был хоть немного психически чувствительным?

Арнольд Диллер, инспектор по двигателям (всех условных типов), сделал глубокий вдох и начал раскачивать головой вперёд и назад. Казалось, он поставил цель сломать себе шею.

— Я хочу, чтобы мы нашли кого-нибудь с высокой телепатической способностью, — сказал Гарнер. Между ладонями он катал растёртые в пыль кусочки сигареты. — У него должен быть более лучший вид. Взгляните на этого малого!

— Мне кажется, он выгладит неплохо, — согласился Скервулд.

Гарнер покачал головой:

— Это лишь слабенький предвидев… Если бы парень был силён в этом, то убежал бы, а не прятался, когда инопланетянин нанёс удар. Как можно защитить его от телепатии? Он…

Скервулд встряхнул его руку, призывая к молчанию.

— Диллер! — произнёс Скервулд очень властно.

Диллер перестал раскачивать головой и посмотрел вверх.

— Вы понимаете меня, Диллер?

Диллер открыл рот и начал задыхаться. Потом опять закрыл его и кивнул, дыша через нос.

— Меня зовут Скервулд, я ваш доктор. — Он сделал паузу, словно сомневался в чём-то. — Вы Арнольд Диллер или нет?

— Да. — Голос был хриплым и нерешительным, как будто им давно не пользовались.

Что-то внутри Гарнера расслабилось, он заметил горсть табака и выбросил его.

— Как вы себя чувствуете?

— Ужасно. Я должен заставлять себя хоть как-то дышать, говорить. Можно сигарету? — Гарнер поднёс ему зажжённую сигарету. Голос Диллера зазвучал немного лучше и увереннее. — Странно. Я пытался заставить вас дать мне закурить. И когда вы просто сели, я чуть не сошёл с ума. — Он нахмурил брови. — Скажите, как меня оценивает автодок, ну хоть что-нибудь?

— То, что случилось с вами, не запрограммировано в автодоке, — легкомысленно ответил Скервулд. — Хорошо, что у вас хватило ума спрятаться. Другие оказались ближе, я теперь в очень плохой форме. Сработало чувство предвидения?

— Оно не сказало мне ничего. Я никогда не могу полагаться на него. А что?

— Знаете, почему я вас выбрал? Я подумал, если вы избегали их, значит вы избавились от идеи, что вы какой-то пришелец.

— Какой-то… — Диллер подавился на вздохе. Он некоторое время не дышал, затем медленно возобновил дыхание через раздутые ноздри. — Вспомнил, — произнёс он. — Я видел, как эта штука пересекала поле с толпой людей позади себя, и меня заинтересовало, кто бы это мог бить. Потом что-то случилось с головой. Я такого вообще не ожидал. Меня жгло, как в аду, и ж оказался позади здания. Но тот, кто вошёл в мою голову, продолжает следить за мной. Как мне хотелось подойти к нему, хотя я и знал, что это плохо кончится; потом мне стало интересно, сошёл ли я с ума, а потом, а-а-рр-гх… — Диллер замолчал, глотая воздух; его глаза были безумными от страха, пока в конце концов он не задышал снова.

— Все хорошо, Диллер, все хорошо, — повторял Скервулд,

Дыхание Диллера вернулось к нормальному ритму, ко он молчал.

Скервулд сказал:

— Рад представить вам мистера Гарнера из Технологической полиции ООН.

Диллер вежливо кивнул. Он явно был заинтригован.

Гарнер произнёс:

— Мы хотели бы поймать этого пришельца, прежде чем он нанесёт ещё больший вред. Если вы ничего не имеете против… Мне кажется, у вас есть информация, которая мае же известна.

Диллер кивнул.

— Через пять минут, после того как телепатический взрыв обрушился на вас, пришелец стартовал во внешнее пространство. Часом позже за ним последовал человек, у которого есть причина верить, что он и сам пришелец. У него ложные воспоминания. Оба они летят в одном и том же направлении. Они что-то ищут. Могли бы вы рассказать мне, что они ищут?

— Нет, — ответил Диллер.

— Вы могли что-то принять в том ментальном взрыве. Прошу вас, попытайтесь вспомнить, Диллер.

— Я ничего не помню, Гарнер.

— Но…

— Ты, старый болван! Думаешь, я хочу задохнуться до смерти? Каждый раз, когда я начинаю думать о том, что произошло, я начинаю задыхаться! Я думаю слишком странно: все выглядит чужим. Я чувствую, что окружён врагами. Но хуже всего то, что я становлюсь ужасно подавленным! Нет. Я ничего не помню. Проваливайте отсюда!

Гарнер вздохнул и демонстративно положил руки на клавиатуру кресла:

— Если вы передумаете…

— Я не передумаю. И вам нет нужда возвращаться сюда.

— Я просто не смогу этого сделать. Я буду преследовать их.

— На космическом корабле? Вы?

— Мне придётся сделать это, — ответил Гарнер. И все же он взглянул на свои скрещённые ноги — скрещённые утром с помощью рук, — Я должен., — повторил он. — Не будем говорить о том, чего они хотят, но это что-то очень значительное. Они пошли на огромные трудности, чтобы получить какую-то вещь. Вероятно, это оружие или сигнальное устройство для передачи сообщений на свою планету.

Передвижное кресло зажужжало.

— Подождите минуту, — произнёс Диллер.