Больше никого в кабинете не было, отчего смело можно было утверждать, что выговора и строгих речей от босса не ожидается. Но тогда в чём срочность этого разговора?

Усевшись за стол и встретившись со взглядом Палыча, я понял, что босс слегка волнуется.

— Твоя стажировка окончена, Александр, — тихо произнёс он. — И я готов дать итоговую обратную связь по поводу твоей полноценной работы в команде.

— Предположу, что обратная связь положительна, — улыбнулся я.

— Иначе бы тебя я вызвал совсем иначе, — пробурчал Палыч, но как-то по-доброму, по-отцовски, что ли. Редкая улыбка подчеркнула настрой босса.

Палыч вышел из-за стола, подходя к окну и шире распахивая створку, вдохнул полной грудью прохладный воздух. Снаружи шёл летний дождь, и крупные капли тарабанили по крыше склада, расположенного напротив нашего здания.

— Всё изменчиво, Александр, как и эта погода, — многозначительно подчеркнул Палыч. — Ещё вчера ты был стажёр, который находился в шаге от увольнения. А сегодня образцовый спасатель, которого на планёрке упоминал сам Глебов, ставя в пример остальным.

— Это неожиданная новость, — подметил я. — И приятная. До окончания стажировки ещё неделя…

— Забудь о стажировке, Александр, — повернулся ко мне Палыч. — Ты с этого момента включаешься в основной штат сотрудников. Поздравляю тебя с досрочным прохождением.

Для меня эта новость была неожиданной. Хоть я и загадывал поскорей закрепиться в команде, не думал, что переход окажется таким быстрым.

— Отлично, — не скрывая радости в голосе, ответил я.

— Но не обольщайся, — Палыч вернулся за стол, положив руки на поверхность и скрестив их в замок. — Юдащев оказался единственным, кто проголосовал против тебя на планёрке высшего руководства. С ним надо быть осторожней.

— Понятно, он потерпел неудачу, — сделал я логичный вывод. — В том числе и Андрей.

— Я знаю, что Андрей его шестёрка, — вновь проворчал Палыч. — Зачем ты мне это говоришь? Мой тебе совет, Александр. С этих пор никаких пререканий с Юдащевым и Андреем. Исключительно рабочие разговоры. И всё должно быть по уставу, чтоб в крайнем случае их носом потыкать в него.

— Понял, Семён Павлович, — кивнул я.

В целом, картина ясна как божий день. Палыч имеет вес среди высшего руководства, и его многие поддержали. Финальным аккордом был разговор нашего босса с главой службы. И Юдащев потерпел поражение. И Палыч сейчас мне намекал, что расслабляться не стоит. Эта гнида ещё покажет себя, по крайней мере, попытается это сделать. Ведь надо реабилитироваться и укрепиться в кресле руководителя.

Следом я подписал документы о переводе в штат, и Палыч положил передо мной значок спасателя. Выгравированный на стальном ромбе щит и два топора. Причём на цепочке и с идентификационным номером спасателя с оборотной стороны.

В хорошем смысле — как в это верили некоторые из службы спасения — этот значок служил оберегом. Хотя я сомневался в этом. Магической силы он не имел. Сотрудники, которые мыслили более приземлённо, объясняли его пользу по-другому. Он служил быстрым пропуском в особо охраняемые зоны. Достаточно показать это директору завода или охране поместья, чтобы тебя не задерживали, проверяя документы.

В плохом смысле — в случае трагедии можно было по данному номеру опознать спасателя. И такое изредка случалось. Ведь каждый вызов таит в себе риски. Где-то большие, где-то незначительные. Но они есть.

— А что с Павлом? — поинтересовался я, когда уже официально перешёл из стажёра в штатные спасатели.

— Приняли решение его уволить, — тихо ответил Палыч. — И я полностью согласен с нашим руководством. Этот случай с восстанием мертвецов… Павел поставил на себе крест. Он решил спасти своего чокнутого братца, но пожертвовать жизнями тысяч мирных жителей. И это настолько несмываемое пятно на карьере спасателя, что теперь оно навсегда останется с ним… Ну всё! Я больше не хочу о нём слышать ни единого слова.

Палыч раздражённо взглянул на меня, затем растянул улыбку.

— Возвращайся в отряд, Александр, — произнёс он. — Ещё раз тебя поздравляю. К тому же с тем, что ты вышел на первое место в рейтинге отряда.

— Серьёзно? — удивился я.

— Можешь ознакомиться с обновлённой таблицей, я отправил её в чат, — ответил босс. — Сегодняшний вызов принёс в твою копилку триста баллов. Так что жди повышенный аванс. Думаю, что сумма тебя порадует.

Я буквально выскочил из кабинета Палыча. Окрылённый победой, причём тройной! Во-первых, я уже не стажёр! Во-вторых, Юдащев потерпел поражение и огрёб от руководства. А в-третьих, мой рост в рейтинге и увеличенный аванс!

В общем, я вернулся в зал ожидания, не спеша делиться новостью с коллективом.

Сел за свой столик, затем достал бутылку воды из своего ранца, сделал пару глотков. В зале воцарилась тишина, и все смотрели только на меня. Часы тикали на стене, кипел чайник в «перекусочной», нервно похрустывал пальцами Макс, да Иван постукивал стальной рукой по столу.

— Мне кажется, что некрасиво испытывать терпение своих коллег, — не выдержала Софья.

— Ну правда, Саш! — воскликнула Анна. — Что сказал Палыч?!