На миг померещилось, что столкнулись две непримиримых магии. Внезапно Урано опустил клинок и позволил серпу разворотить часть своей каменной брони, но свою продолжительную атаку он резко направил на меня. Дальнейший сокрушительной удар удалось заблокировать жалобно завопившей Гаммой, но вот импульс от энергии клинку и облачению удалось подавить лишь наполовину.

Моё тело словно пушечное ядро отправилось в полёт, а через миг я встретился спиной со стеной подпространство. По организму пронеслась жгучая волна агонии и боли, что сопровождалась хрустом костей и треском сухожилий. Само того не осознавая, я припал на одно колено, а по губам и подбородку заструилась кровь, но долго отсиживаться в стороне было нельзя. Урано продолжал наращивать темп и словно обезумевший я сам ринулся в лобовую атаку.

Кровавый Штамм Испепеления…

В центре зала огромный клинок голема вновь встретился с неравном бою с Гаммой и в этот раз серповидное орудие проиграло битву окончательно. Невзирая на действие штамма, вслед за своей сестрой оно почти до половины разлетелось на мелкие куски и впервые с начала боя я практически остался безоружным, но, прежде чем отступить я успел довершить начатое.

Огне Лёд и Эссенциальная Жажда… Гибельный Тайфун…

Одно осевое движение и бушующая техника явила себя в реальном мире, а жалобный звон Гаммы ознаменовал о полном поражении одного оружия другому. Образ разрушительно тайфуна, в который была вложена мощь сразу двух спаренных источник наподдавалась подсчету и впервые с начала бой Урано дрогнул. Клинок голема замедлился и жертвой навыка стала непоколебимая броня генерала. Под властью техники защита начала истончатся, и правая длань ордена Наказующих сделал шага назад.

— Отдаю тебе должное, Азаих Урано, — хрипло пробормотал я, глядя на потрёпанный вид врага. — Ты полностью оправдываешь свою репутацию. Возможно, даже смог бы посоперничать с одной из младших валькирий. Вот только…

— Комплементы от грязного щенка мне не к чему! — озлобленно прошипел мужчина, грубо меня перебивая и быстро восстанавливая образ голема. — От смерти слова тебя не спасут…

— Вот только… жаль, что ты променял разум и достоинство на месть за конченного детоубийцу, — покачал я разочаровано головой, завершая предыдущее предложение и невольно морщась то боли. — Норон Фиан являлся редкостным ублюдком и в такого же редкостного ублюдка превратился и ты. Шутки в сторону, старик. Мне тоже надоел весь этот фарс…

— ТЫ ПРАВ, ЩЕНОК!!! — зарычал неистово Урано, занося мерцающий клинок над головой голема. — ТЕБЕ ПОРА УМИРАТЬ!

— Как жаль, — повторил тихо я, опуская глаза вниз и вновь качая разочаровано головой, а за своей спиной я ощутил медленно материализующий силуэт Руны и медленно вытянул левую руку чуть в сторону. — Очень жаль…

Рывок генерала был всё таким же резким и стремительным, за долю секунды его клинок завис над моей головой и норовил разделить меня на две части, но когда пальцы неспешно сомкнулись на невидимой рукояти, время словно замедлило свой ход.

Смещение мира Руной Истребления…

«Пора, мой разоритель», — прошептала одними губами Истра.

Да. Пора.

— Ко мне, малышка…

— Наставник много о тебе рассказывал, — чуть тише заключил я, неторопливо поднимая голову чуть выше и обнажая лицо для того, чтобы встретится с ним взглядом. — Как жаль, что ты не только утратил своё достоинство, но и растерял остатки разума.

Явление Руны Истребления оказалось таким же яростным и стремительным. Каждый сантиметр материализации изделия Древних сопровождался громом и молнией. Подпространство содрогнулось от столь страшного оружия, а мои силы катастрофическими темпами начали иссякать.

В последний момент в глазах у Азаиха Урано я увидел не только ненависть и месть, но и что-то еще. Нечто похожее на осознание. Ошалелый взор старика метнулся на Руну, как и внезапно решил метнутся в сторону и он, почуяв неладное, но стало слишком поздно. Время вернулось себя власть над реальным миром, и я сделал шаг вперед, занося спату для ужасающего финального удара.

— Глупый старик…

Раскол Истребления…

Подпространство будто бы разделилось надвое. Оно вопило, кричало и противилось тому, что будет дальше. Клинок сверкнул устрашающим тёмно-фиолетовым светом и по диагонали опустился вниз до самого пола, а затем все звуки стихли, будто бы вся жизнь покинула окрестности недавнего поля боя.

На протяжении нескольких секунд по-прежнему царила тишина, но после раздался оглушительный звон харалуга. Огромный клинок выпал из массивных каменных рук, а сам голем пошатнулся и в прямом смысле начал разделяться на две неровные половины. Раскол рассёк ультимативную технику на две части. Защита полностью истончилась и на изуродованную землю упал не могущественный воин, а разрубленный старик, из которого стремительно утекала жизнь. Навык Руны безжалостно прошелся по ребрам и животу. Генерал Наказующих захлёбывался кровью и страшно хрипел, но свой взгляд не отводил от моего лица. Впрочем, и я смотрел на не своего противника и, наверное, впервые в жизни где-то в глубине души поселилось сожаление.