Хрум в это время обогнул загон и повёл нас дальше, к закрытому ящику, на котором висел амбарный замок.

— В доме чисто, — услышал я за спиной голос помощника.

— Тимур, надо сбить замок, — обратился к нему следак. — У тебя с собой вскрыватель?

— Да, вот он, — тот снял с пояса небольшой инструмент, похожий на клещи.

— Приступай, — кивнул ему Петрушин.

Помощник присел напротив замка, затем расправил зубцы клещей, нажал сбоку, активируя магические лезвия.

— Тр-р-рп! — молния Хрума ударила в замок, и тот отвалился, освобождая дужку.

Помощник отшатнулся, бросая на землю инструмент.

— Да это невозможно! Какого хрена?! Опять не успел! — воскликнул он, будто ребёнок, которому не дают проявить себя.

— Ты просто долго возишься, Тимур, — засмеялся Петрушин. — Ладно, не обижайся. Просто этот ёжик хочет помочь, не более того.

— Да понял я, — буркнул помощник, злобно посмотрев на моего питомца и поднимая крышку ящика.

— Ме-е-е-а-а-ау-у-у! — красноречиво донеслось из ящика.

— Вот и пропажа, — улыбнулся я, протягивая руки. — Иди ко мне, красотка.

Пушистая трёхцветная кошка недоверчиво посмотрела на меня, затем попятилась.

— Да иди ты сюда, дурёха, — аккуратно взял я съежившееся существо, чувствуя, как в руку вцепились его когти. — Всё хорошо, отвезу тебя к хозяйке.

Кошка будто поняла меня, ослабила хватку, что позволило мне переложить её в свой ранец, который я заблаговременно прихватил с собой.

Петрушин долго вызывал фургон, затем ругался с кем-то, потом связывался с начальством. В итоге через минут сорок на территорию дачи Романа заехал транспорт с эмблемой полиции и соответствующей бело-синей расцветкой.

Гуперронов перегрузили в отдельный зарешёченный отсек, который служил в качестве перевозки заключённых. А мы расположились напротив них.

Хрум активно общался с существами, поскакивая возле прутьев, а те принюхивались к нему и фырчали в ответ. Видно, боевой ёж их воспринял как дальнюю родню. Ну если только совсем дальнюю.

В дороге Петрушин сообщил, что животных пристроят в соответствующий питомник для редких существ. Их с руками и ногами оторвут, ведь гуперроны находились под особой защитой имперских служб по надзору за фауной. Отсюда и повышенные дотации от государства за содержание таких удивительных животных.

Мы вернулись к дому. Раиса Захаровна вышла на площадку, ведь она уже получила от меня сообщение, что я уже рядом и для неё приготовил приятный сюрприз. Хрум в это время издал новый звук, чем изрядно удивил меня. Он радостно засвистел, тонко и так забавно, что я не удержался и рассмеялся в ответ.

— Ой, ты ж моя хорошая! — всплеснула руками Раиса Захаровна, побежав навстречу по ступенькам. Главное, чтоб не оступилась, всё-таки возраст уже не тот, чтобы позволять себе такие кардио-нагрузки. Но бабуля справилась, протягивая руки к Мусе.

— Мусечка… солнышко моё… как ты, золотце… — начала она целовать свою кошку, отчего я только вздохнул, иронично улыбнувшись. Понятно, что хозяйка души не чает в своём животном, но такая любвеобильность меня всегда смущала.

— Меа-а-а-у, меау, меа-а-ау! — заливалась Муся.

В итоге кто-то из недовольных соседей с площадки ниже открыл дверь, зыркнув в нашу сторону. Затем послышались резкие голоса ещё за одной дверью.

— Вот… видел? Вот так они радуются, что нашлась Муся, — ответила Раиса Захаровна. — Я тебе так благодарна, Сашенька! Это такое счастье, что ты её нашёл! Она ведь самая красивая кошка во дворе!

— Я ведь обещал найти, Раиса Захаровна, — улыбнулся я в ответ. — И Хрум помог мне в этом.

— Спасибо тебе, котик, — ласково взглянула на Хрума бабуля, на что он возмущённо фыркнул.

— Мы пойдём, наверное, — сказал я. — Время позднее, а мне завтра на работу.

— Ой, конечно, что ты! — воскликнула Раиса Захаровна. — Ещё раз тебе спасибо, Сашенька! Я тебя обязательно отблагодарю.

— Лучшая благодарность — это ваша радость, — произнёс я, поднимаясь к себе в квартиру.

— Вот же память у меня дырявая! Постой, Сашенька! Я же твоему Хрумчику мятных леденцов вынесла. У меня котики их обожают, — догнала меня бабуля. — Чуть не забыла, представляешь! Вот, держи, миленький.

Бабуля протянула Хруму, вновь выглянувшему из моего ранца, раскрытый пакет с ароматно пахнущими конфетами.

— Иди на ручки, дружок, — я вытащил его из ранца. — Будешь такое?

Хрум поначалу недоверчиво принюхался, затем лизнул, укусил. Следом проглотил пару леденцов, а потом начал их в буквальном смысле жрать. В четыре приёма он стрескал более килограмма. Затем облизнулся и с надеждой взглянул на бабулю, затем на меня.

— А ему понравилось, — трескуче засмеялась бабуля. — Я их заказывала на Праймберрис. Пришлю ссылку.