Ли Вэй чувствовал, что разговор велся совсем не так, как ему бы хотелось: господин Сун ненавязчиво приписал своему протеже заслуги в рождении и воплощении представленных вниманию владыки идей Ю Лея. Любую попытку протестовать ректор мягко игнорировал или уводил разговор в сторону, не давая юноше вставить хоть слово.

Ну не ссориться же перед императором? Ли Вэй решил объясниться с учителем позже, однако итог визита свел все его надежды на нет. И это камнем легло на душу благородного учёного Ли.

— Ректор Сун, думаю, молодого человека следует поощрить. Давно я не проводил время так приятно! — подытожил беседу император. — Вот бы мои министры меня подобным порадовали, а то все ноют о безденежье, проблемах или требуют привилегий для родни, а что-то толковое придумать не могут. Поэтому, юноша, вы нынче вернули мне надежду на молодое поколение. Помнится, несколько лет назад вы прекрасно сдали кэдзюй (экзамен), а в чиновники не пошли? — Ли Вэй смутился и хотел объясниться и вообще, но государь отмахнулся и продолжил, обращаясь уже к старшему посетителю:

— Учитель Сун, спасибо за воспитание таких талантов. Все Ваши начинания я поддерживаю — внедряйте, стройте, издавайте. И вот та придумка с ресторанами — занятно! Но мне нравится. Давайте так: я выделю на издание путеводителя пятьсот лян, вы, юноша, будете следить за процессом. Для суда сделайте такие вот экземпляры, впрочем, можете и в печать отдать, но размер и рисунки оставьте. Остальные — на ваше усмотрение.

— По этому вашему туризму… — правитель слегка задумался, будто размышляя или вспоминая. — Кажется, молодой Цзян дружен с вами? Тогда… Вернется Сяо Мин с запада, вы вдвоем и займетесь привлечением гостей в столицу. Младший Цзян дерзок, паршивец, но умен и предприимчив! Справитесь, я даю добро, бумаги подготовят.

Император говорил мягко, но веско, и было понятно, что встревать в его монолог не стоит… Уж Ли Вэю — точно.

— Дальше, про тренировки студентов. Я решу вопрос с тренером, есть у меня кандидат. И последнее: юноша, у вас ведь нет пока чина? Господин Сун, думаю, молодой человек заслужил. Скажем, 5й класс? Числиться он будет в Департаменте образования, я распоряжусь, а работать будет у Вас, согласны? И от себя лично — император махнул рукой и что-то прошептал на ухо приблизившемуся евнуху. — Оставьте мне альманах, я его — властитель ухмыльнулся — покупаю! Все, свободны!

Ректор и ошалевший Ли Вэй выполнили приличествующий моменту поклон, рассыпались в благодарностях, пропели осанну и покинули кабинет главы государства. По дороге к повозке их остановил доверенный евнух императора и передал Ли Вэю увесистый сундучок, уведомив парня, что это плата за книгу. Ректор довольно улыбался, что-то себе под нос напевая, а у Ли Вэя горело лицо — ему было невыносимо стыдно!!!

— Ректор Сун, я так не могу!!! — Ли Вэй натуральным образом разревелся, когда повозка доставила их в Академию. — Ю Лей, он же…Мы обманули императора!

Сун Вень Ян усадил ученика, приказал принести чай и заговорил с расстроенным парнем спокойно, но твердо.

— Милый мой А-Вэй, прекрати рыдать, это не по-мужски! И послушай меня.

Ли Вэй всхлипнул, но замолчал, уставившись на начальника красными от слез и тревоги глазами.

— Мальчик мой, запомни: никакого обмана не было, понял? Просто идея нашла более подходящего исполнителя! Помнится, ты сам говорил, что этот юноша, Ю Лей, не стремится открывать свое настоящее лицо миру, так? Он предпочитает сохранить инкогнито, и это его право. Однако, его предложения интересны, оригинальны, и было бы жаль, если бы они не были реализованы, согласен? Прямого запрета на раскрытие идей он же тебе не дал, значит, тоже желает увидеть свои предложения воплощенными в жизнь? И, как ты сказал, его больше волнуют деньги. Поэтому он получит серебро, реализацию своих задумок и твою благодарность, а ты — достойный статус и хорошие перспективы. Да, это немного цинично, признаю, но так будет лучше для всех. У Ю Лея нет возможности донести до властей идею, а с нашей помощью это уже сделано! Думаешь, у неизвестного бедного парня есть шанс организовать подобное самостоятельно и не попасть под чье-то влияние? Ну не настолько же ты наивен! Так что прекрати терзаться мнимой виной, выпей чаю, успокойся и готовься принять указ императора! Если уж так невмоготу, приводи юношу ко мне, я сам ему все объясню и повинюсь. Могу даже принять его на учебу в обход всех формальностей.

Ли Вэй справился с собой и запротестовал:

— Учитель Сун, не надо! Ю Лей не такой… Надеюсь, он простит меня… Вы во многом правы, просто я никогда не думал…мне неловко…и стыдно! — лицо библиотекаря пылало.

— Понимаю, А-Вэй, это не очень красиво, да, но так будет лучше, поверь. Давай посмотрим, сколько серебра подарил тебе император…

Оказалось, в сундучке рядами уложилось три тысячи лян! Исключить пятьсот на печать…Это ж целое состояние!

— Отдай автору две тысячи, — решительно заявил ректор. — На эти деньги в столице можно купить неплохой домик или участок в пригороде. Юноша должен быть доволен. У него будут деньги и наше покровительство, обещаю! Все будет хорошо, мальчик мой, у тебя, наконец, появилось будущее! Только ради предков, по простоте своей, не ляпни нигде ничего лишнего! Это приказ!

Ох, не ведала я, сколько бессонных ночей провел мой агент под гнетом вины и угрызений совести, но то, что молодой ученый переживал, было видно невооруженным глазом. Сначала я не поняла, отчего он такой подавленный и нервный, но, по мере рассказа, картина прояснилась.

Честно, в первый момент после осознания, что меня использовали, хотела встать и уйти, а потом…Мне стало жаль парня. Ну, правда, что на него кидаться? Сама не ограничила условия, языком мела от души, так чему удивляться? Да и есть резон в рассуждениях ректора, по размышлении-то зрелом. А так вроде — сплошной профит для нас обоих.