Щупальца потянулись к двери и толкнули её. Послышался глухой стук, и в коридор из комнаты вырвалось облако пыли — что уже было крайне странным. До этого я не встречал пыль ни в одном помещении резиденции, где уже довелось побывать. А ещё внутри было темно, и даже инфополе не могло туда проникнуть.

— Очень странное место. Вообще никакой информации, и заглянуть внутрь не получается, — сказал гранд-адмирал, встав рядом со мной.

Я даже не заметил, как он облачился в боевую броню, сильно отличающуюся от той, в которой сражался с Хранителями на броне «Годжиро».

Эта броня явно была уже очень серьёзным оружием. От неё тянуло мощью и угрозой для противников адмирала. Получается, он ощутил опасность в этом месте. И она даже сильнее, чем от Хранителей.

Я же ничего подобного не ощущаю. Лишь небольшую тревогу от того, что предстоит встретиться с чем-то неизвестным. Но раз наследие привело нас сюда, то никакой опасности здесь точно нет. А чтобы увидеть, что находится внутри комнаты, всего лишь нужно в неё войти.

Первый шаг дался с трудом, но стоило перейти порог комнаты, как дальше всё стало гораздо легче и проще. Это была оружейная, в которой хранилось оружие и броня профессора. А вернее — его техники, воссозданные и составленные специально для тех, кто окажется в резиденции после того, как она лишится своего хозяина.

При нашем появлении техники мгновенно отреагировали, начав излучать частицы творения. Они потянулись к нам невидимыми щупальцами, которые, не церемонясь, ворвались в ядро, а затем и в разум. Вот только наткнулись на мою защиту и отступили. А вот у адмирала Гёдзе такой защиты не было. Он закричал, упал на колени и схватился руками за голову. А рядом с ним появилась Трисс, которой так же что-то причиняло боль.

— Гея, оно хочет захватить нас. Поработить и превратить в послушных зверушек. Помоги нам. Помоги и останови эти доспехи. Они… Они… Они…

Что именно Трисс не смогла договорить — её скрутило, несколько раз перевернуло, и в конце превратило в информационную волну, втянувшуюся в коленопреклонённого адмирала. Броня начала двигаться, вытянув руку, в которую прилетел меч Гамильтона, и уже замахнулась для удара, когда я встал перед Гёдзе.

— Остановись.

Этого оказалось вполне достаточно, чтобы броня замерла, а затем и вовсе вернулась на своё место. Если в разум ко мне она не смогла подобраться, то в ядре покопалась знатно, и, судя по всему, оказалась удовлетворена увиденным. Приняла меня как наследника своего создателя и вернулась в режим ожидания.

— Адмирал, вы как? — спросил я, следя за бронёй и энергией, что она продолжала испускать.

Щупальца вернулись и окутали броню, создав некое подобие защитного поля, по которому побежали очень странные данные.

Я впервые видел, как выглядела техника в энергетическом плане. А именно это и показывала мне сейчас броня — показывала технику своего создания и синхронизации с ядром. И это было странно. Настолько, что я даже сперва не понял: всё это больше всего похоже на работу с инфополем. Только эти данные необходимо направлять в ядро владеющего, а не в разум.

Получается, что любая техника и навык — это информационный пакет, который передаётся непосредственно в ядро владеющего, минуя его разум. И для того чтобы создать новую технику, необходимо написать своего рода программу — без всяких костылей вроде интерфейса и ему подобного. Именно так действуют все Творцы. И именно это мне хотело показать наследие.

Я даже забыл об адмирале и вспомнил только после того, как он коснулся меня. В этот момент рядом появилась и чёрная валькирия, выглядевшая очень встревоженной.

— Всё уже в норме. Но я не понимаю, что это было? Как техника смогла атаковать меня ментально? И пробить защиту владеющего пятого порядка?

— Я тоже пока этого не понимаю, но уверен, что подобного больше не повторится. Броня и оружие признали во мне наследника профессора Гамильтона и теперь полностью под контролем. Просто вам не нужно было сюда приходить. Гарри стоило привести только меня.

— Хочешь сказать, что можешь забрать себе доспехи и оружие сильнейшего владеющего свободного человечества? Думаю, что в этом случае ты на равных сможешь сражаться даже со мной.

— Нет, этого не будет. Я пока слишком слаб, чтобы использовать эти техники. Но теперь я могу создать броню исключительно под себя. И по мере того, как буду становиться сильнее, она так же будет меняться. Уже на пятом порядке она не уступит этой броне. А Трисс — с ней всё в порядке?

Отчего-то этот вопрос меня сейчас интересовал больше всего. И задаю я его не Гёдзе, а чёрной валькирии, стоявшей рядом со мной молча. Она так же смотрела на доспехи, но периодически бросала взгляд за спину адмирала.