Свободен…? СВОБОДЕН?!

Джисон стиснул зубы, а в груди закипала ненависть. Свобода — это когда у тебя есть выбор. Когда ты сам решаешь, куда идти.

А он?..

Что у него есть? Кто его спрашивал? Они снова взяли и приняли решение за него!

— Ты думаешь, я какой-то проект? — он почти прошипел, подходя ближе. — Вы с отцом держали меня на поводке, а теперь просто отпускаете, потому что решили, что я «готов»?

Гису улыбнулся, но в его глазах промелькнуло что-то холодное.

— Ты можешь вернуться к себе домой. Здесь тебе больше нечего делать. Я не собираюсь изображать твою няньку или кого-то из родителей, — произнес он, не поведя и бровью. — Честно говоря, я бы вообще не стал связываться с тобой. Но твой отец попросил.

Вернуться? Домой? Сейчас это предложение звучало, как шутка. Как далекий сон, которые ему снова предлагают пересмотреть.

— Я не вернусь, — тихо проговорил Джисон, с трудом подавляя бурю внутри. Его плечи дрожали, но он держался. Пока держался.

Гису чуть наклонил голову, будто бы пытался изучить его.

— А куда ты денешься? — наконец произнес Хегай, понимая, что все козыри сейчас находятся в его руках. Он может и будет диктовать свои правила.

Только вот Джисон был с этим не согласен.

— Я не вещь, которую можно просто передавать из рук в руки!

— Нет, ты человек. Но и у людей есть своё место, — спокойно ответил Гису.

Его спокойная, расслабленная манера говорить невероятно бесила Джисона. Хотелось разбить эту маску невозмутимости. Хотелось сделать что-то, чтобы этот человек хоть на секунду потерял свой чёртов контроль!

Сын министра сжал кулаки, дыша прерывисто. Грудь сдавило, в висках отдавалось отчаянное напряжение. В один миг всё, во что он верил, всё, что стало для него точкой опоры — рухнуло.

Но он не сдастся. Он не позволит кому-то снова управлять собственной жизнь.

— Как мне её найти? — неожиданно спросил Джисон. — Я хочу увидеть Лизу.

Гису медленно поднялся и сделал несколько шагов. После этого он остановился и невозмутимо посмотрел на Джисона.

— Не стоит, — спокойно проговорил он. — Тебе не стоит в это лезть. Это может закончиться большими проблемами.

— Проблемами для кого? — Джисон сузил глаза. — Для тебя?

— Нет. Для тебя, — ответ прозвучал просто, без угроз, без лишних эмоций. Но это была правда. — Иногда лучше оставить всё, как есть.

Джисон ощущал, как гнев, бушевавший внутри, разгорался всё ярче, поглощая остатки здравого смысла. Его терпение лопнуло. В порыве ярости он схватил кружку со стола и с силой метнул её в стену. Фарфор разлетелся на десятки осколков, а звонкий треск прокатился эхом по комнате, словно отголосок его собственного разочарования.

Только вот Гису не дрогнул. Создалось ощущение, словно этот парень был готов ко всему. К чему угодно…

Джисон стоял, тяжело дыша, сжав кулаки так сильно, что побелели костяшки. Затем, словно приняв окончательное решение, он резко развернулся и вышел, сотрясая комнату оглушительным хлопком двери.

Он больше не позволит никому управлять его судьбой. Теперь только он решает, как жить.

Ни отец.

Ни Гису.

Ни кто бы то ещё.

Только он сам.

И первым делом он найдёт Лизу.

Фуко сидел на том же месте, где всего несколько минут назад Хегай буквально размазал его по полу. Но теперь он уже не кипел от злости, а скорее… переваривал всё.

— Что, чёрт возьми, сейчас вообще произошло? — прошептал он, пытаясь совладать со своими эмоциями.

Оказалось, что Пак даже не в курсе, что ему вставляют палки в колеса. Какой же удар по самолюбию… А ведь он так долго считал Йонга своим заклятым врагом! Тратил время, строил козни, придумывал хитрые схемы, а тот просто… жил своей жизнью, не обращая на него никакого внимания. Для него это было обычной обыденностью. Что-то не значащее, на что не стоит обращать внимание.

И что в итоге?

Фуко скормил бомжам сосиски, заказал фальшивую проверку и даже нанял каких-то мутных типов, чтобы те устроили драку у фургона… а Пак… он даже не прочувствовал возникших проблем.

А теперь ещё и Гису унизил его, заставив жрать долбанные перцы. Причем столько, что у него до сих пор язык горел и пульсировал, как дискобол на рейве. Фуко схватил стакан воды, залпом выпил и тут же сплюнул обратно.

— Чёртов перец! — он вытер губы рукавом.

И ведь даже друзья у Пака были в десятки раз лучше. Тот же Хегай не раздумывая наказал его и дал понять, что лучше не стоит испытывать свою удачу, пытаясь испортить жизнь его друзьям.