Маяковский детям
вернуться

Маяковский Владимир Владимирович
Шрифт:
Художник кистью лазит, лошадке глазки красит.
Что за лошадь, что за конь — горячей, чем огонь! Хоть вперёд, хоть назад, хочешь — в рысь, хочешь — в скок. Голубые глаза, в жёлтых яблоках бок. Взнуздан и оседлан он, крепко сбруей оплетён. На спину сплетённому — помогай Будённому!

Эта книжечка моя

про моря и про маяк

1
Разрезая носом воды, ходят в море пароходы. Дуют ветры яростные, гонят лодки парусные. Вечером, а также к ночи, плавать в море трудно очень Всё покрыто скалами, скалами немалыми. Ближе к суше еле-еле даже днём обходят мели. Капитан берёт бинокль, но бинокль помочь не мог Капитану так обидно — даже берега не видно. Закружит волна кружение, вот и кораблекрушение.
Вдруг — обрадован моряк: загорается маяк. В самой темени как раз показался красный глаз. Поморгал — и снова нет, и опять зажёгся свет. Здесь, мол, тихо — все суда заплывайте вот сюда.
2
Бьётся в стены шторм и вой. Лестницею винтовой каждый вечер, ближе к ночи, на маяк идёт рабочий. Наверху фонарище — яркий, как пожарище. Виден он во все моря, нету ярче фонаря. Чтобы всем заметиться, он ещё и вертится. Труд большой рабочему — простоять всю ночь ему. Чтобы пламя не погасло, подливает в лампу масло. И чистит исключительное стекло увеличительное.
Всем показывает свет — здесь опасно или нет. Пароходы, корабли — запыхтели, загребли. Волны, как теперь ни ухайте,— все, кто плавал,— в тихой бухте. Нет ни волн, ни вод, ни грома, детям сухо, дети дома. Кличет книжечка моя: — Дети, будьте как маяк! Всем, кто ночью плыть не могут, освещай огнём дорогу. — Чтоб сказать про это вам, этой книжечки слова и рисуночков наброски сделал дядя Маяковский.

История Власа — лентяя и лоботряса

Влас Прогулкин — милый мальчик, спать ложился, взяв журнальчик. Всё в журнале интересно. — Дочитаю весь, хоть тресну! —
Ни отец его, ни мать не могли заставить спать. Засыпает на рассвете, скомкав ерзаньем кровать,
в час, когда другие дети бодро начали вставать.
Когда другая детвора чаёвничает, вставши,
отец орёт ему: — Пора! — Он — одеяло на уши.
Разошлись другие в школы,—
Влас у крана полуголый — не дремалось в школе чтоб, моет нос и мочит лоб.
Без чаю и без калача выходит, еле волочась. Пошагал и встал разиней: вывеска на магазине. Грамота на то и есть! Надо вывеску прочесть! Прочёл с начала буквы он, выходит: «Куафёр Симон». С конца прочёл знаток наук,— «Номис» выходит «рёфаук». Подумавши минуток пять, Прогулкин двинулся опять. А тут на третьем этаже сияет вывеска — «ТЭЖЭ».
Прочёл. Пошёл. Минуты с три — опять застрял у двух витрин. Как-никак, а к школьным зданьям пришёл с огромным опозданьем. Дверь на ключ. Толкнулся Влас — не пускают Власа в класс!
Этак ждать расчёта нету. «Сыграну-ка я в монету!»