Шана хмыкнула и скептически произнесла:

— Что-то мне не верится, что это все так просто. Хотя почему бы не попробовать?

— И то так. Вреда не будет, — согласился Лоррин. Он отыскал ладонь Шаны и подбадривающе сжал — честно признаться, ей это было приятно, — и они принялись спускаться по коридорам Цитадели.

Когда они отыскали двух драконов, теснее всего связанных с волшебниками, Шана обратилась к ним с этим вопросом.

Драконы устроили себе настоящие логова — для существа, способного придавать камню и земле любую форму, какую только заблагорассудится, это не представляло особого труда. Сейчас оба дракона сидели в логове у Алары, приняв природный облик и развалившись в пологих углублениях, заполненных мягким песочком — именно так предпочитают отдыхать драконы. Отец-Дракон — настоящее его имя было Каламадеа — конечно, уменьшил свои истинные размеры. Драконы продолжают расти всю жизнь, а Отец-Дракон был очень, очень стар и потому невероятно огромен. Не перемести он часть своего тела Вовне, он просто бы не поместился на этом песчаном ложе, которое Алара готовила для себя.

Но все равно рядом с драконами двое полукровок казались крохотными. Если бы чешуйчатое алое тело Алары было полым изнутри, оно вполне могло бы послужить им хижиной.

— Я думала, что вам нужны драгоценные камни и металлы для торговли, — отозвалась Алара. Судя по покачиванию головы, драконица была сбита с толку. — Потому мы их и искали. Ты же сама нас просила.

Шана скривилась:

— Да знаю… Это было ошибкой с моей стороны. Я думала, что… Тьфу, да на самом деле я не подумала, как следует, даже когда Меро сообщил, до чего Железный Народ разнервничался из-за того, что их кузни остались без металла. Две ошибки кряду. Наверное, если я вообще об этом думала, то решила, что теперь, когда Железные Люди осели на одном месте, они уж как-нибудь и сами отыщут железо. Ну так как, можете вы его найти?

— Ну, скорее да, — пророкотал Каламадеа, приподняв голову с передних лап. — В конце концов, мы же используем магию, чтобы что-нибудь отыскать. А поскольку железо препятствует магии, то его можно отыскать именно по помехам. Нам просто нужно будет сделать несколько кругов над местами наибольшего сосредоточения помех; там и будет жила или руда.

— Правда, мы не сумеем извлечь его из-под земли, как извлекли бы серебро или золото, — печально вздохнула Алара. — А потому, когда мы отыщем железо, вам придется как-то выкапывать его самим. И это будет просто руда, а не аккуратные самородки, которые мы делаем из других металлов.

— О, Предки!.. — в притворном смятении воскликнул Лоррин. — Подумать только — еще один повод увести куда-то из Цитадели крепких, здоровых работников! А кто же будет прислушиваться к жалобам старых нытиков и носиться с их капризами? Того гляди, так они вскоре и вправду научатся убирать за собой!

Шана отметила про себя, что Лоррин относился к Каэллаху Гвайну даже менее терпимо, чем она сама — хотя, если взглянуть со стороны, как он обращается со старым волшебником и его приятелями, так никогда этого и не скажешь. Шана улыбнулась.

— Я с удовольствием возьмусь за лопату, — заявила она. — Особенно если ты возьмешь на себя обязанность управляться со старыми нытиками.

Лоррин застонал и схватился за голову.

— Ох, Шана!.. Ну ладно. Думаю, что втроем — Парт Агон, Денелор и я — мы с ними как-нибудь справимся.

С тех пор, как Парт осознал, какой Каэллах идиот, он стал вести себя гораздо приличнее.

— А Денелор всегда был просто прелесть, — сказала Шана. Она всегда тепло относилась к своему бывшему учителю, наставнику времен ее ученичества.

Каламадеа фыркнул.

— Я бы не стал пользоваться подобным определением, — сказал он. — Но Денелор, несомненно, куда охотнее старается приспособиться к новым условиям и изменить себя, чем прочие старые волшебники. Ну, в таком случае можно сказать, что план у нас есть, хоть какой-то. Алара возьмет себе в помощь еще кого-нибудь и поищет дрянной металл. Когда они найдут что-нибудь неподалеку от поверхности земли, ты, Шана, можешь прихватить с собой несколько помощников покрепче и попробовать там чего-нибудь выкопать. А тем временем Лоррин будет играть роль советника при Парте Эгоне. А Денелор будет ему помогать.

Ну и я тоже.

Услышав последние слова Каламадеа, Шана едва не расхохоталась. Каэллах боялся драконов больше всего на свете, а Каламадеа был самым внушительным в своем племени. Но Каэллах однажды уже пытался покончить со всеми нововведениями молодых волшебников и едва не преуспел в этом, когда Шана отсутствовала в Цитадели. Это случилось тогда, когда они вместе с Каламадеа и Кеманом угодили в плен к Железным Людям. Так что за Каэллахом Гвайном нужен глаз да глаз.

— Необходимо, чтобы кто-нибудь из нас постоянно находился здесь. Или ты, Шана, или я, или Лоррин, — пророкотал Отец-Дракон, вторя мыслям Шаны. — По крайней мере, до той поры, пока Каэллах Гвайн не лопнет от возмущения.

Тут им всем представилась эта картина, и они расхохотались, да так, что в логово приковыляла какая-то старая волшебница, возмущенно высказалась насчет всяких, которые ей спать не дают, и удалилась, что-то бурча себе под нос.

Киртиан сидел на лошади, ежась от стылой предрассветной тьмы. Он привел сюда свои войска к полуночи и расставил их таким образом, словно тут намечалась настоящая битва, а не спектакль, который задумали они с Мот. В конце концов, о том, что это спектакль, знали лишь его собственные люди, находящиеся сейчас в обоих лагерях, люди Мот, Джель да сам Киртиан. Киртиан ни капли не сомневался, что некоторые из его офицеров (а может, и все до единого) доносят обо всем кому-нибудь из великих лордов, а то и нескольким сразу. И он хотел, чтобы на этот раз они донесли о самой впечатляющей победе за всю кампанию, победе полной и окончательной.