– Вот тебе на, разве нет у тебя дома?
– Она бросила на него суровый взгляд поверх очков.
– Надеюсь, ты не думаешь, что я останусь тут и буду путаться у вас под ногами?

– А-а, стало быть, ты отправишься в богадельню, а миссис Клиери переедет сюда?

– И правда, как странно все устроено на свете...
– проговорила она неопределенно, и он понял, что мать размышляет о том случайном стечении обстоятельств, которое свело их с Эйлин. Они с матерью были знакомы с положением дел, достаточно широко распространенном в Ирландии, и могли бы перечислить не меньше двадцати семей, где молодой человек или молодая девушка годами "встречались", прежде чем оказывались в состоянии пожениться, и слишком часто, бывало, к этому времени успевали постареть или устать...

– Мы об этом не думали, миссис Грэм, но все равно премного благодарны, - Джим ласково улыбнулся матери - для этого нам пришлось бы совершить двойное убийство. Либо так, либо никак.

Он знал, что при всем ее ревнивом характере уготованная им участь вызывает у матери негодование, зато миссис Клиери с веселым видом притворялась, будто считает, что они и впрямь должны быть благодарны судьбе за свое счастье.

– Вы сами знаете, как вам повезло, - говорила она.
– Вы молоды, здоровы, грех вам жаловаться. Нынче ведь со свадьбами такую горячку порют, будто банк грабят.

А вскорости быть женатыми им надоедает, и тогда - силы небесные! каких только гадостей они не говорят друг про друга.

– Значит, ты не одобряешь браков, мамочка?
– с напускным смирением спрашивала Эйлин.

– Кто сказал - не одобряю?
– подозрительно осведомлялась мать, убежденная, что "чертенок" опять готовит ей каверзу.
– Одобряй не одобряй, лучше не станет.

Главное, пользуйтесь молодостью, пока молоды, Джим, - советовала она, кладя трясущуюся руку Джиму на колено.
– Еще успеете пожить в супружестве.

Эйлин и Джим, естественно, не разделяли ее взглядов.

Во время вечерних прогулок они обычно проходили но новым районам; заглядывали в недостроенные дома с увлеченностью ребятишек, игравших там в ковбоев и индейцев; болтали с молодыми мужьями, копавшимися у себя в садиках, заваленных строительным мусором, и охотно заходили на чашку чая, приглашенные молодоженами, которых распирала гордость и радость новоиспеченных владельцев. Они не замечали ничего уродливого в этих домах и районах. Они видели только новизну всего вокруг, словно обновлялась сама жизнь: видели свежесть краски, подчеркиваемую вечерним освещением, белизну занавесок, нежную зелень молоденькой травки. Позже вечером Эйлин говорила, покачивая головой:

– По-моему, занавеси у них на больших угловых окнах не годятся, ты как думаешь?

И Джим догадывался, что мысленно она уже обставила этот дом по-своему.

В том году Джим предложил Эйлин провести отпуск вместе. Миссис Клиери это совсем не устраивало. Пострадает репутация Эйлин, в этом не может быть никакого сомнения. Миссис Клиери была всецело за то, чтобы они пользовались молодостью, пока молоды, но делали это только у нее на глазах. Джим знал, что ее волнует вовсе не доброc имя Эйлин, она опасается, как бы совместный отпуск не положил начало чему-то, что выйдет из-под ее контроля. Джим настоял на своем: они уехали на морской курорт к северу от Дублина и две недели гуляли, купались и загорали сколько душе угодно, а когда шел дождь, отправлялись в город.

На обратном пути, глядя в окно вагона на известняковые горы, он заметил:

– В другой раз в отпуск надо ехать женатыми.

А так - все равно не то.

– Ты прав, Джим, - согласилась она.
– Но что ше делать?

– А что нам мешает пожениться?
– спросил он, улыбаясь.

– Теперь?
– перепугалась она.
– А как же наша мамы?

– А как же они сейчас?
– он пожал: плечами.

– Ты хочешь сказать - пожениться и продолжать жить, как раньше?

– Почему бы и нет? Конечно, это не то, чего бы нам хотелось, но все же лучше, чем ничего.

– А вдруг... сам знаешь, Джим, могут родиться дети...

– Тем лучше. Мы перейдем и этот рубеж, когда понадобится. Как бы то ни было, совершенно не обязательно детям появляться сразу.

– Только, Джим, - проговорила она застенчиво, - люди ведь начнут сплетничать...

– Думаешь, они уже не сплетничают?

Таков был Джим, и как решал он, так решала и его мать, пе считаясь с общественным мнением. Она, разумеется, не видела ничего худого в том, чтобы молодые люди проводили отпуск вместе, и Эйлин, которая поначалу испытывала немалые сомнения, уверилась теперь, что та была права. Она подозревала, что и сейчас Джим скорее всего прав, но уверенности она еще не чувствовала.

Однако чем больше она раздумывала над этим, тем больше убеждалась в его правоте, хотя рассуждения ее носили иной характер. Джим - тот не хотел ждать. Он не хотел состариться и ожесточиться в ожидании того дня, когда они смогут пожениться. Ему хотелось вкусить хоть какую-то толику радостей брака, пока они достаточно молоды и способны получать от жизни удовольствие.

Эйлин же думала об этом в более мистическом плане, как о некоем обручении, которое накрепко свяжет их друг с другом, что бы ни уготовила им жизнь. Эйлин знала, что бесполезно надеяться на одновременное освобождение: