– Может, прежде чем приступим к работе, займемся любовью?
– предложил Сол.
– Мы с тобой уже в пятый раз встречаемся, а до этого как-то до сих пор не доходило.

– Ох нет, спасибо, дорогой. Не чувствую нужды в этом. У меня вчера было три оргазма подряд, и сегодня я предпочла бы посидеть на диете.

– Тогда зачем было лететь? Я-то думал...
– он обнял ее.

Она положила руку ему на плечо.

– Ладно, Сол, не хочу тебя разочаровывать. Пойдем.

Он поцеловал ее в губы.

– Ты невероятно мила и соблазнительна, да и волос у тебя больше, чем у других, а это меня всегда сексуально возбуждает. Кровать, бассейн или ротатор? Что бы ты ни выбрала, все готово.

Тора остановилась на бассейне. Когда они, сплетясь в чувственных объятиях, погрузились в маслянистый раствор, Сол сказал:

– Пока ты летела, я просмотрел ежегодный отчет Азия-секса - он тоже наш клиент, как тебе известно. Ты не поверишь, но по их подсчетам, качество оргазма в азиатских странах резко снизилось. Сексологи различают десять уровней интенсивности оргазма, так в той же Индии, например, 84% мужчин едва дотягивает лишь до седьмого уровня.

– Это, скорее всего, сказываются последствия взрыва бомбы ЕМ над Калькуттой. Это было... Так, когда же закончился индо-индонезийский конфликт?.. Да, всего два с половиной года тому назад.

– Но и по Камбодже результаты не лучше, а со времени малайско-камбоджийского конфликта минуло уже, слава Богу, не менее пяти лет.

– Ох, и куда это катится наш родимый земной шарик...

– К счастью, американский индекс интенсивности оргазма на ближайший год куда более оптимистичен...

Они помолчали некоторое время, затем поздравили друг друга со значительным превышением средней интенсивности оргазма, соответствующей их возрастной группе и общественному положению.

Наполнив кубки пенящимся напитком, Тора и Сол принялись наконец за работу. Бетатром подключился к орбитальной библиотеке, и на экране появились соответствующие страницы всемирной энциклопедии.

– Ну и ну!
– воскликнул Сол.
– И в самом деле дата архивыдающаяся. В следующем году исполняется сотая годовщина начала новой эры - эры нуклеоники.

Тора наморщила лоб.

– Как нуклеоники? Я-то думала, что мы живем в эру планового спермоконтроля.

– Это тоже, но прежде всего - в эру ядерной энергии или даже ее упадка, если верить сообщениям об успехах энергетики, связанных с использованием сверхновых.

– Эра ядерной энергии... Я что-то ничего такого не могу с ходу припомнить, хотя это должно было быть чем-то очень серьезным, если Спиллейн лично обратился к Моргану.

– Ты права. И тот, кто подсунет Моргану удачный проект празднования юбилея, может рассчитывать на кресло его заместителя. Займемся этим вместе, Тора, одна голова хорошо - две гораздо лучше.

Тора свысока посмотрела на Бетатрома.

– Ты видишь, мистер Бетатром, как я смотрю на тебя свысока? Это кому же ты тут пытаешься очки втереть?

– То есть, хочешь сказать, что у тебя уже что-то есть на примете?

– Увы, дядюшка!
– расхохоталась Тора.
– Но даже если бы что-то и было, мне и в голову не пришло бы с тобою делиться!

– Ну и вреднюга же ты, немчура этакая, да и волос на тебе меньше, чем я надеялся!

В последующие два дня Тора Пибрайт без устали нажимала на кнопки, собирая информацию. Пятеро ее коллег в пяти иных столицах тоже не теряли времени даром. На третий день с нею связался Фесс Рид. Тора хорошо его знала как по совместной работе, так и по совместным оргиям; как-то они вместе работали по заданию Галлюциногенной монополии - это было еще до американо-американской заварухи в тридцать пятом году. Фесс осторожничал, но Тора с первых секунд разговора поняла, что ему позарез нужно что-то у нее узнать.

– Ну как ты там, Тора? Придумала что-нибудь?

– Обдумываю пару вариантов. А как у тебя?

– Да так пока...
– Фесс нерешительно крутил в руках игральные кости, не поднимая глаз к экрану.
– Может, стоит возвести какой-нибудь новый колоссальный памятник или, скажем, отреставрировать Стоунхендж... Что-то в этом роде.

– Неплохая идея, Фесс! Ты уже подкинул ее Моргану?

– Гм... Да, чуть не забыл! Тебе не кажется, что Морган только пытался нас завести, а на самом деле у него уже есть какая-то задумка?

– Будто ты его не знаешь! Он же платит нам за то, чтобы мы искали свои собственные концепции. А с чего это вдруг тебе пришло такое в голову?

Фесс машинально почесал затылок.

– Да понимаешь, разговаривая с нами, он вертел что-то в руках. Не кости, как обычно. Что-то иное. Так я подумал, не было ли в том намека...

Тора была смешлива по натуре, вот и теперь расхохоталась во весь голос.

– Ох уж ты придумаешь, сыщик доморощенный! Это же были внутриматочные спирали! Ты что, спиралей никогда не видел?