Следовало выиграть время, отвлечь его от опасной темы - и я спросил:

– А что такое ткарн?

Старец легонько усмехнулся, как будто потешаясь над моими нехитрыми уловками:

– Раньше ткарн называли словом "год". Но ты ведь догадываешься об этом, незнакомец. Ты достаточно сообразителен, а то, что так неосторожно признался в своем неестественном долголетии, было лишь результатом твоего искреннего удивления по поводу "последних" известий из Сиаут-Фиа.
– Он резко обернулся и посмотрел мне в глаза, вламываясь пронзительным взглядом прямо в душу. Голос старца зазвенел громко и властно: - Так кто же ты, странный оборванец, кто ты, существо, все тело которого украшено столь многочисленными шрамами? Клянусь, что некоторые из них остались от ран, обычно приводящих к смертельному исходу.

Я молчал, ошеломленный такой прозорливостью, не зная, что ответить. Я мог говорить ему все, что угодно, кроме правды, но подозревал: старик мгновенно почувствует ложь. А он между тем продолжал:

– Мне известны лишь две сущности, обладающие подобными качествами. Создатель и Темный бог. Но Создатель далеко. Выходит, ты - Темный бог? Если так, что же - тебе остается только убить меня. Ибо ты причинил достаточно горя и мне, и моему народу; и если не уничтожишь меня, я расскажу, кто ты таков, хэннальцам, и они зашвыряют тебя камнями.

– Вряд ли это было бы разумно - ты ведь сам заметил шрамы от "смертельных" ран. И потом, вдруг я достаточно могуществен, чтобы наложить на вас такое проклятье, которое будет вечно мучить и тебя, и твоих соотечественников?
– (Разумеется, мне не под силу сделать что-либо подобное. Но он-то этого не знал.)

Старец вздрогнул и поднял на меня пылающий взгляд.

– Так все-таки ты не Темный бог, - заключил он.
– Хотя даже не подозреваешь, как близки твои слова к действительности. Но - кто же ты тогда? Неужели...
– Старец как сидел, так и бухнулся на колени, покорно склоняя лысую голову. Седая борода опустилась на коврик и свилась в несколько колечек.
– Создатель! Ты вернулся!

Мне пришлось встать и, обняв его за хрупкие плечи, заставить вернуться в нормальное положение. Старик дрожал всем телом, - видимо, переволновался. Оно и понятно.

– Нет, старик, - сказал я, когда он немного успокоился и больше не пытался бить поклоны, - нет, я не Создатель этого мира. Я простой человек, только... со странностями. Но поверь, я не причиню вреда ни тебе, ни другим долинщикам и покину вас как можно скорее.

– Хорошо, - кивнул старец, - я верю тебе. И допускаю, что существуют вещи, о которых ты бы предпочел умолчать. Но имя...

– Имя? Имен у меня много, - я усмехнулся, скрывая привычную горечь, так уж получилось. Впрочем... В детстве меня звали Дреем. Надеюсь, не слишком сложно для произношения?

– Не слишком. А я - Вальрон.
– Старик с достоинством поклонился. Кое-кто добавляет к этому имени слово "мастер", но мне почему-то кажется, что скорей уж я должен буду обращаться к тебе подобным образом.

– Пустое, - Я махнул рукой, мысленно утирая пот со лба и вполне резонно полагая, что еще легко отделался.
– Скажи-ка лучше, что ты имел в виду, когда говорил, что я случайно оказался прав, обмолвившись о вашем проклятии?

"Нужно же как-то разобраться с происходящим здесь; и сей вопрос не лучше и не хуже многих других".)

– Что я имел в виду?
– переспросил старик.
– Да то самое и имел. Над Хэнналом издавна довлеет проклятье, к которому имеет отношение сам Темный бог. Каждый ткарн в город прилетает дракон, чтобы выбрать одного из мужчин для поединка. Если в поединке побеждает дракон (а так чаще всего и случается), он забирает с собой тело убитого. Если же верх одерживает хэнналец, дракон на следующие десять ткарнов оставляет нас в покое.

– Странное проклятье.
– Я был искренне удивлен, хотя и не совсем по тем причинам, о которых мог подумать старик.
– А вы не пробовали?..

В ответ послышался тихий храп. Пока мы разговаривали, Вальрон все время смотрел на огонь. Я настолько привык к этому, что даже не заметил, как лысая голова старца постепенно склонилась к впалой груди, глаза закрылись - он заснул. Разумеется, вполне могло статься, что сон этот ненатуральный, что это лишь уловка. Так сказать, во избежание нежелательных вопросов. Но в любом случае мне не оставалось ничего другого, как отступить. Я тихонько поднялся и пошел к выходу. На пороге задержался, оглянулся: Вальрон только сильнее всхрапнул и сонно проворчал какую-то фразу.

"Ладно, пускай спит".

Я вышел в коридор. "Ну, и куда дальше?"

Здесь было темно и прохладно. Я не помнил точно, в какой из комнат проснулся, поэтому пришлось действовать методом проб и ошибок. Почти на ощупь, призывая на помощь забастовавшую память, я медленно шагал по коридору. "Кажется, эта!" Я осторожно потянул за ручку, и дверь с тихим скрипом открылась.

Войдя в комнату, я некоторое время постоял, пытаясь привыкнуть к кромешной тьме, до краев наполнявшей помещение. Потом сделал пару шагов в ту сторону, где должна была (судя по всему) располагаться моя кровать. Направление, похоже, я выбрал неправильное, ибо вместо кровати нашарил руками множество палкоподобных деревянных предметов. "Метлы они тут хранят, что ли? Хотя откуда у метел крестовины. Скорее уж мечи - но кому, скажите на милость, понадобилось делать такое несусветное количество деревянных мечей?" До моей босой ноги кто-то дотронулся, и я отпрыгнул, выхватывая из кучи деревянный клинок. Остальные с ужасающим грохотом попадали на пол. Справа хриплый голосок раздосадованно выругался, а потом добавил, уже спокойнее: