—...читаю все описи подряд, изучаю уцелевшую переписку тех лет...

— По-моему, мсье Бонвояж выбрал не самое лучшее время для экспедиции. Кажется, тогда во Франции было неспокойно, да и в Европе тоже! — Доктор медицины вовсе не собирался отступать и решил блеснуть историческими познаниями.

Однако научная конференция о Франции той эпохи никак не входила в мои планы: во-первых, мне нужно было работать, а во-вторых, доктор Марега слишком взволновал меня. И не только голливудской внешностью и откровенными попытками флирта, но и причиной своего появления здесь. Слишком неправдоподобной причиной... Я решила еще раз услышать из уст психиатра, что привело его в Эдуар.

— Доктор Марега, насколько я поняла, вы ищете упоминания о Шелгваукане в интересах вашего пациента?

— Да, я собираюсь оспорить диагноз некоего нечистоплотного коллеги. Мой пациент был и есть абсолютно вменяем.

Эньярош прищурился.

— Неужели вы, док, действительно проделали путь из Рио-де-Жанейро в Эдуар ради подтверждения диагноза о вменяемости пациента?

Ага, обрадовалась я, доктор археологии тоже не очень-то верит в альтруизм!

— Вы так дорожите своей репутацией? — осведомился Эньярош.

— Неподкупной репутацией, мистер Эньярош, прошу заметить!

— То есть неподкупная репутация стоит дороже? — Эньярош поправил на носу очки. — Я вас правильно понял, сэр?

— Да, мистер Эньярош, дороже золота!

— Вы имеете в виду золото Шелгвауканы? — невинно спросила я и почувствовала, что порадовала Эньяроша.

И что это я ни с того ни с сего загорелась на какого-то там Марегу? Игнасио Эньярош вовсе не хуже! Конечно, он не так лощен: давно не стриженные волнистые волосы, запущенная бороденка, старомодные очки в пластмассовой оправе, к тому же он ужасно владеет французским... Но Эньярош ладно сложен, остроумен и неглуп: сразу учуял своим орлиным носом, что «док» больше обеспокоен золотом, а не состоянием рассудка своего пациента!

Однако мой вопрос вовсе не задел Марегу, он лишь снисходительно улыбнулся.

— Вы совершенно правы, мисс Люно.

Мне вдруг сделалось неловко: с какой стати мы с Эньярошем ополчились на постороннего и случайного человека?

— Репутация для меня дороже всего на свете. Посудите сами, сэр. — В поисках поддержки Марега обратился теперь к Эньярошу. — Я уже рассказал леди, что мои интересы вызваны интересами моего пациента по имени Гарри Лейз.

— Слушаю, слушаю вас, мистер Марега. — Эньярош энергично закивал, потому что Марега вдруг умолк.

— Имя моего пациента не вызывает у вас никаких ассоциаций?

Марега перевел взгляд с Эньяроша на меня и обратно. Мы с Эньярошем, не сговариваясь, одновременно пожали плечами.

— А имя — Ричард Вонахью? Тоже нет? Тоже не слышали никогда?

— Подождите, мистер Марега, — остановила его я. — Вы задаете вопросы, как следователь!

— Простите, мисс, я не хотел вас обидеть. Я не следователь. Я всего лишь пытаюсь объяснить, почему переживаю за Гарри. — Растерянный Марега все равно был невыносимо красив.

— Имя Вонахью не сходило со страниц газет год назад, — миролюбиво сказала я. — Этот авантюрист от археологии пытался выдать за подлинное носовое украшение корабля Колумба какую-то дурацкую фигуру, вырезанную из куска старого дерева. Так?

— Так, — подтвердил Марега. — Но фигура вовсе не дурацкая, а выполнена очень профессионально, причем из подлинного киля древней каравеллы. Ее изготовил мой пациент Гарри Лейз по настоянию своего покровителя Вонахью, который рассчитывал продать эту скульптуру за колоссальные деньги.

— Допустим, — сказал Эньярош. Между прочим, он до сих пор не показал Мареге дневник Бонвояжа, хотя кожаная тетрадка лежала поверх всех остальных документов на его столе. — Но я не вижу никакой связи между рассказанной вами историей про деревянную фигуру и вашими поисками Шелгвауканы. Какое все это имеет отношение к вашему пациенту Гарри Лейзу?

— Вот именно! — поддержала я Эньяроша. Психиатр начинал раздражать меня. Будь у него заурядная внешность, я давно поняла бы, какой он бестолковый и занудный!

— Боже мой! — В голосе Мареги послышалось отчаяние. — Гарри Лейза признали сумасшедшим, поскольку он твердил о несуществующей Шелгваукане! А она существует!

Эньярош шумно выдохнул и покачал головой, встретившись со мной глазами. «Вот именно, зануда, — было написано в них, — и к тому же неуравновешенный!»

— Ну конечно, доктор Марега, — сказала я как можно мягче, — Шелгваукана существует. Доктор Эньярош может даже выдать вам письменное свидетельство!

— А вам не кажется, мисс Люно, что доктор Эньярош очень напоминает небезызвестного Ричарда Вонахью?