Вик развернулся и пошел назад – быстро, почти бегом. Будто повисший сзади запах ненависти и его толкает в спину, как меня…

– Ну что, – шеф встретил нас ублаготворенной, иначе не скажешь, улыбкой. – Доедаем, вон какая гора осталась. Я заказал свежего кофе. Хорошо сработали, не грех отметить.

– А сработали хорошо? – спрашивает Вик. Он все еще не в настроении.

– Две особи невидимок, – начинает перечислять Палыч. – Задержаны, что называется, с поличным, при попытке насильственного получения сведений у сотрудника СБ Конгломерата. Плюс ребенок, взятый в заложники. Никакой международный арбитраж не отмажет. Можем поднять шумиху хоть на всю Галактику. Иллу, правда, ни подстрекательства, ни пособничества не пришьешь – сидел себе в соседнем номере, ну и что? Зато его прибытие на Землю нигде не зафиксировано. Нет его, и всё тут! – Шеф даже не пытается скрыть торжество. Я покосилась на Вика. Хищный азарт пляшет в глазах моего напарника. Правильно, подумала я словами Яси. Они первые вывели отношения с нами за рамки законов. Высшая раса, которой чужие законы не писаны…

– Он не пытался качать права? – спросила я.

– Прям тебе, – ухмыльнулся шеф. – Еще как пытался. Ему вежливенько объяснили, что после Полигона ни на какую-такую неприкосновенность он может не рассчитывать.

Я поморщилась. Десант на Полигон в земных СМИ не обсуждался, репортерам ГСН там тоже неоткуда было взяться, так что новости оттуда мало до кого доходили. Меня держал в курсе дел Саня Смит. В основном потому, как сказал он, позвонив самый первый раз, что иногда возникают всякие вопросы, а задавать их Алику никаких нервов не хватит. Но временами мне казалось – это шеф хочет, чтобы я знала, что там происходит. Что ж, я имею на это право. Я там была. Я помню ту боль. И уже никогда не забуду.

Два земных эсминца, пошедшие к Полигону в сопровождении трофейной «гадюки», были атакованы на дальних подступах. «Гадюку», естественно, раздолбали вдребезги. Потрепали и эсминцы, да так, что одному пришлось вернуться на Землю. Зато второй прорвался… люди сели рядом с поселком, накрыли его защитным полем и стали отбивать атаки и ждать подкрепления.

К моменту, когда подкрепление прорвалось сквозь илловские заслоны, только накрытый защитой поселок и остался от всех обитателей планеты… иллы сработали чисто. Пустая планета… никого и ничего, что могло бы подтвердить существование имперской базы. Люди в спасенном поселке не в счет – мало ли, что наговорит на честного илла человек, подученный другим человеком… старая, хорошо известная уловка. А атаковали их почему-то муравьи. Почему-то… ясно, почему! Удивительней, как такой поворот не предусмотрели! Похоже иногда на то, что сведения получают одни люди, а решения принимают совсем другие!

В общем, на мой взгляд, назвать десант удачным хватит совести разве что у профессионального политика – потому что политикам в самом деле привалила удача. Им досталась сохраненная Степанычем запись. Хотя самого Степаныча так и не нашли. Ни его, ни Алана, ни Ясю…

И я вполне могу себе представить «вежливость» работавших с захваченным иллом людей.

– Так что, – ухмыльнулся Вик, – он проникся?

– После дозы мрарлы? – Шеф кинул на меня благодарный взгляд. – А ты как думаешь? Теперь о невидимках на Земле мы знаем всё. И не только о невидимках.

– Он оказался такой важной шишкой? – хмыкнул Вик.

– Куратор Земли, светлейший господин Илуватар, – отчетливо выговорил шеф.

– Кто-кто? – ошалело переспросил Вик. – Илуватар? Шеф, я не ослышался?

– Представь себе. Эй, капитан Блонди, очнись! В наши руки попал имперский куратор Земли, а тебя волнует, что он слямзил имя у Профессора?

– У какого профессора? – спросила я. Мне бы, конечно, полагалось слушать старших, помалкивать и на ус мотать – но я вдруг перестала понимать их обоих, я только чувствовала, что речь идет о чем-то важном…

– Потом объясню, Альо, – отмахнулся Вик. – Для дела это несущественно. Шеф, так ведь надо всех этих хоббинутых протрясти?

– Уже, – сообщил шеф. – Не ты один такой умный.

– И что?

Я пожимаю плечами и беру последний бутерброд.

– Да ничего. Так, сбор информации. История, литература, физиология. Пытки, кстати. Сняли пароль на подчинение и отпустили дальше мечами махать. Марину к ним внедрили. На всякий случай. Вписалась она замечательно. Уже на второй игре из любопытствующих зрителей пробилась в эльфы.

Меня передернуло. Не знаю, в каких эльфов играли эти «хоббинутые», но мне вспомнились те картинки в Наткином журнале – илл с мечом и убитый дракон. Они ведь сделали свое дело, растерянно подумала я. Сколько детей увидели в илле доброго эльфа? И как мы сможем с этим бороться? Что вообще можно сделать – теперь? Мы ведь хвосты рубим, и не все хвосты, а только те, которые сумели найти… на всех я мрраврлы не наготовлю.

– Так что акция «Авторитет» накрылась с треском, – вполне оптимистично заявил шеф. – Землю мы почистим, теперь-то, при всей информации. А вам двоим пора на Нейтрал. Засиделись…

Радость толкнулась в душу. Домой! Загостилась… могла бы сразу догадаться, думаю я. Когда шеф сказал маячки снять.

– Что-то случилось? – подобрался Блонди.

– Случится. – Хорошее настроение шефа сменяется глубокой и, кажется, мрачной сосредоточенностью. – Конгломерат провел переговоры с драконами. Запись та помогла, конечно. И журнал, что вы откопали… предъявили факты, короче говоря. Предъявили, обсудили, – шеф замолкает. Как будто сильно сомневается, имеет ли смысл пускаться в подробности.