Молодой Прауд размышлял над его словами все то время, что они плыли на север, в Сливерарские леса, над вьючной тропой фейнов, настолько узкой, что громоздкий транспорт едва умещался в просеке.

— И с кем мне лучше переговорить? — спросил он наконец. Молодой Прауд изъяснялся более чем прозрачно. Он хотел, чтобы Ганвик продал Шевде. Тогда он обратится к Алас Ром, едущей в переднем грузовике, посулит ей фарамоловым горы, и по ее приказу нерейды начнут подсиживать Шевде. Бедняга Дегорак находится на сто девяносто километров ниже центра сосредоточения своей власти и впервые за всю свою политическую карьеру стал абсолютно беспомощен. Соперники внутри Партии разорвут его в клочья.

«А что, если ему воспротивиться, начать двойную игру?» — подумал Ганвик. Но тут же ему вспомнилось окровавленное тело, болтающееся на крюке, словно освежеванная туша. Не дай Бог молодой Прауд поймает его за руку — он ведь горец, а эти молодчики способны на все.

— Ну хорошо, тогда слушайте меня внимательно. Эта женщина, Алас Ром, мадрелект Нерейды, сидит сейчас в головной машине. Выведите ее наружу и предложите сотрудничество. Нерейды полтора столетия находились в подчиненном положении — они обязательно ухватятся за такую возможность. Пообещайте ей фарамол, и она поднимал бурю, которая сметет Шевде — ведь он сейчас связан по рукам и ногам. Конечно, для этого вам придется пойти на риск — отпустить ее на «Черный Корабль».

— Что-о-о?

Молодой Прауд прикинул свои шансы на успех. Итак, сейчас он остановит глиссер и прикажет вывести к нему Ром. А потом с ходу поставит ее перед дилеммой, — мучительная смерть или вечная жизнь, обеспечиваемая фарамолом. Если она выберет второе, то он вживит ей червя и навсегда сделает своей рабыней.

А что касается Ганвика… — молодой Прауд искоса взглянул на этого жалкого, маленького человечка, — то убивать его рановато: он, пожалуй, еще пригодится. Что, если тоже запустить к нему в кровь паразита?

Вскоре Ван Рельт передал через мобильный командный пункт приказ о наступлении. Первая и вторая дивизии ускоренным маршем вышли к реке Сливерари и начали преследовать фейнов. Те оказывали слабое сопротивление, но под ударами орбитальных штурмовиков откатывались все дальше.

В конце концов «Черный Корабль» скрылся за радиогоризонтом, и у молодого Прауда появилось время для беседы с нерейданкой — ведь пока Ганвик разговаривал с кораблем, приходилось постоянно быть начеку. Проблему предстояло решить быстро, пока на «Черном Корабле» не хватились своего начальства. В этот раз экипаж поверил, что Шевде и другие не смогли выйти на связь из-за технической неисправности. Но при следующем появлении «Черного Корабля» такое объяснение уже выглядело бы не правдоподобно. И если космические пехотинцы снарядят спасательную группу, это грозит большими неприятностями.

Глиссер подбросило воздушной волной, а потом швырнуло вниз. Теперь они летели над впадиной, по краям густо поросшей джиком. Молодой Прауд вызвал по радио водителя головного глиссера. Тот подал машину назад и заглушил двигатели. Молодой Прауд притормозил, приказал охранникам-командос не спускать глаз с Ганвика и, повернувшись к опутанной веревками Флер Фандан, спросил, не желает ли она облегчиться в его компании.

Флер посмотрела на него со страхом и отвращением и покачала головой. Молодой Прауд похлопал по ладони кончиком хлыста и как-то странно улыбнулся, а потом двинулся к выходу в сопровождении огромного Персимпилгаса.

Выбравшись наружу, он по-приятельски перекинулся парой фраз с караульным офицером, а затем увел в заросли Алас Ром. Персимпилгас пошел следом на некотором расстоянии.

То, что произошло дальше. Флер помнила смутно, а Айра Ганвик, наоборот, до боли отчетливо.

Караульный офицер вернулся к глиссеру, взобрался по трапу пассажирского отсека, потом вдруг повернулся и, яростно замахав руками, рухнул вниз. Тут же затрещали автоматные очереди и еще несколько человек вывалились из глиссера. А из распахнувшихся верхних люков, к ужасу Ганвика, стали вылезать нептунианские бонзы с оружием, отобранным у конвоиров. Охранник-командос, сидящий позади Ганвика, вскочил и бросился к лесу.

А в следующее мгновение Ганвик увидел наведенное на него дуло автомата.

— Где он? — рявкнул Шевде, швырнув Гаи вика на землю. — Где это чудовище?

— Его здесь нет, — выдавил из себя Ганвик. — Он пошел в заросли с Ром.

Новость эта привела всех в шок.

— Я убью его! Убью прямо сейчас!

Шевде бросился к зарослям джика и стал всматриваться сквозь листву. Но определить, где притаился молодой Прауд, было невозможно. Взревев от ярости, Шевде принялся наугад строчить длинными очередями.

— Великий Дегорак! — взмолился вдруг Ганвик, стоя перед ним на коленях. Офур Майн уже приставил нож к его шее.

— Ты предал нас, падаль, — зловещим голосом произнес Шевде, даже не обернувшись, и снова обрушил град пуль на джиковые деревья.

— Я предал? Да никогда… — Тут он взвизгнул отболи — Майн еще сильнее надавил ему на шею кончиком ножа.

— А почему, когда нас волокли, словно животных на бойню, ты не встал рядом?

— Поймите, оставаясь возле него, я мог помочь вам гораздо больше, чем если бы сидел взаперти.