Из сумрака следом за Айлини выскользнула вторая фигура. У молодой женщины перехватило дыхание, когда она заметила блеск браслетов лиир.

— Айлини! — прошептал Чэйсули. Человек в плаще обернулся и развел руками, словно показывая, что он не замышляет ничего плохого. Чэйсули вступил в полосу лунного света, и Аликс прошептала в ужасе:

— Дункан!

Голос Айлини прозвучал тихо, но очень ясно:

— Мы не должны бороться друг с другом, ты и я. Чэйсули и Айлини во многом похожи. У тебя свои дары, у меня свои… Мы может объединить наши силы. Дункан тихо рассмеялся.

— Между нами нет ничего общего, колдун, кроме, может быть, желания и решимости до конца служить своим богам.

Айлини опустил руки и сбросил плащ на брусчатку мостовой.

— Тогда я послужу своим богам, оборотень, и избавлю мир от еще одного Чэйсули.

… Схватка началась стремительно — Аликс едва могла уловить движения Дункана и его противника, она видела только, как мелькают кинжалы.

— Боги, — прошептала Аликс, — это много хуже, чем я думала!

Айлини пошатнулся и сделал шаг назад. В его плече засело что-то блестящее

— рукоять кинжала Чэйсули, не сразу поняла Аликс. Дункан выпрямился, и Аликс почти с ужасом осознала, с какой страстью она желает Айлини смерти.

Однако колдун не упал. Аликс видела, как его правая рука поднимается к плечу, чтобы вырвать кинжал из раны. У Дункана больше не было оружия.

— Умри, — беззвучно шептала она, ненавидя себя за то, что желает человеку смерти, — умри же, Айлини…

Колдун упал на одно колено. Дункан стоял, пошатываясь, расставив ноги, чтобы не упасть. По его руке поползло вниз что-то темное, и браслеты лиир перестали блестеть. На этот раз Айлини не промахнулся.

Это кровь, догадалась Аликс. Айлини ранил Дункана!

Шум за спиной заставил Дункана обернуться: из темноты вдруг возник солиндский солдат с обнаженным мечом в руках.

— Кай! — крикнула Аликс. — Кай… сделай что-нибудь!

Кай сумел ответить не сразу. Лиирэн, я не могу. Он сражается с Айлини…

Лиир не может вмешаться в их битву. Это один из законов.

Солиндский солдат, однако, не бросился на своего противника, хотя и был готов к бою. Похоже, он чего-то ждал. Аликс заметила, как Айлини поднимается с земли, и поняла, что солдат призван просто отвлечь Дункана.

Молодая женщина положила ребенка у стены, выхватила нож и бросилась на помощь.

Айлини захлестнул горло Дункана поблескивающей петлей — тот попытался разорвать ее, но это ему не удалось, а Айлини все затягивал удавку, пока на шее Чэйсули не показалась кровь. — Нет! — закричала Аликс.

Солиндский солдат тревожно оглянулся и поднял меч, но у Аликс уже не осталось времени на раздумья, не осталось и страха — только решимость любой ценой помешать Айлини убить Дункана. Исчезла добрая, мягкая Аликс — ее место занял воин, готовый беспощадно убивать врагов.

Колени Дункана подогнулись. Айлини слегка подался вперед, чтобы еще туже затянуть петлю. Аликс видела, как сверкнул клинок солиндского солдата, но ей было уже все равно: оказавшись за спиной Айлини, она размахнулась, ударила — и скорее почувствовала, чем услышала крик Айлини: потом он бессильно повалился на Дункана.

Солдат пробормотал яростное проклятие и поднял меч. Почему-то Аликс не испугалась.

— Во имя богов, ты не сделаешь этого! — раздался вдруг чей-то звучный голос. Прежде чем солиндец успел обернуться, клинок со свистом рассек воздух, и голова солдата покатилась по мостовой, а мгновением позже на камни тяжело осело и тело.

Кровь забрызгала лицо и одежду Аликс, она закрыла глаза руками, потом робко взглянула сквозь пальцы на всадника. Это был Кэриллон! Но Аликс тут же забыла о принце и кинулась к Дункану, пытаясь оттащить в сторону Айлини, который и в смерти не отпускал свою жертву. Кэриллон помог ей — одна она бы не справилась.

Удавка глубоко врезалась в горло Дункана, но горло перерезать не успела.

Аликс осторожно сняла петлю и застонала от боли, увидев длинную кровоточащую рану. — Он жив, Аликс, — успокоил ее Кэриллон. — Он жив.

Рука Дункана дернулась, потянувшись к ножнам на поясе, но Кэриллон остановил его:

— Нет. Мы не враги. — Дункан! — отчаянно вскрикнула Аликс.

Он открыл глаза, с трудом приподнялся и сел. Аликс поспешно вытерла навернувшиеся на глаза слезы: Дункан, со всей его гордостью Чэйсули, не должен видеть ее плачущей.

Воин молча посмотрел на тело солиндца, потом перевел взгляд на Айлини и тронул рукой раненое горло:

— Скажи, что мне это чудится, — хрипло промолвил он, обращаясь к Кэриллону. — Скажи мне, что ее здесь нет.