— Тэсс!

Ей не хватило одного шага дойти до лифта. Выругавшись вполголоса, Тэсс повернулась, заставляя себя улыбаться. Фрэнк. Почти десять дней ей удавалось избегать его.

— Такую дамочку, как ты, поймать нелегко…

Он шагнул к ней. Само совершенство. Именно это слово всегда вспоминала Тэсс, когда видела доктора Ф.Р. Фуллера. Абсолютное совершенство! Он носил жемчужно-серый костюм от «Братьев Брукс», галстук в полоску того же тона и рубашку нежно-розового, как тельце ребенка, цвета. Волосы зачесаны назад безупречно, по старой моде. Ей стоило больших усилий, чтобы не исчезла улыбка. Разве Фрэнк виноват, что его совершенство абсолютно не привлекает ее?

— У меня было много работы.

— Тэсс… ты знаешь, как говорят о работе? Она крепко сжала губы, чтобы не сказать: «Нет, не знаю. Как же говорят?» В противном случае он засмеется и выдаст давно избитую фразу: «Никуда работа не денется».

Тэсс нажала кнопку в надежде, что лифт скоро подойдет.

— Сегодня ты что-то рано.

— Дела в городе. — Она озабоченно взглянула на часы. Время еще было. — Я уже немного опаздываю, — беззастенчиво солгала она.

— Все это время я пытался разыскать тебя. — Облокотившись на стену, он склонился над ней. Эта привычка ее всегда бесила. — Никто не поверит, что это трудно сделать, если учесть, что наши кабинеты дверь в дверь.

Почему, когда нужен лифт, его не дождешься?

— Так уж получилось, Фрэнк. Ты же знаешь, как все бывает.

— Естественно, знаю, — улыбнулся он во весь рот, а Тэсс подумала: интересно, догадывается ли он, что запах его одеколона тоже раздражает ее? — Но ведь нужно когда-то и расслабляться, доктор, не так ли?

— Да, только каждый расслабляется по-своему.

— Завтра в Кеннеди-центре дают новую пьесу Ноэла Каварда. У меня есть билеты. Почему бы нам не расслабиться вместе?

Единственный раз, когда она согласилась расслабиться вместе с ним, чуть не стал для нее роковым: Тэсс едва удалось унести ноги. Перед атакой в течение трех часов он досаждал ей своими скучнейшими разговорами.

— Спасибо, что не забываешь, Фрэнк, но завтрашний вечер у меня уже занят. — Тэсс снова соврала без колебаний.

— Тогда почему бы…

Подошел лифт.

— Мне надо бежать! — Одарив его ослепительной улыбкой, Тэсс вошла в кабину. — Не засиживайся слишком долго, Фрэнк. Ты же знаешь, что говорят о работе.

Непрекращающийся дождь и пробки на дорогах съели весь запас времени, и она добралась до участка точно в назначенный час. Странно, но после битвы у лифта у нее поднялось настроение. Возможно, оттого, что ловко ускользнула от Фрэнка. Если бы у нее было сердце, а его у нее не было, она бы просто назвала Фрэнка ничтожеством, и на том все закончилось бы. Но пока он не загонит ее в угол, Тэсс будет по-прежнему прибегать ко всяким уловкам и уверткам.

Не поворачиваясь, она пошарила на заднем сиденье, нашла фетровую шляпу и нахлобучила ее. Заглянув в зеркало заднего вида, поморщилась. Приводить волосы в порядок, чтобы потом идти под таким дождем, не имело смысла. Перед появлением в назначенном кабинете нужно зайти в дамскую комнату и, воспользовавшись имеющимися там аксессуарами и косметикой из сумочки, привести себя в порядок и предстать перед капитаном достойной и высокопрофессиональной дамой. Ну а сейчас можно выглядеть и так, как мокрая курица.

Распахнув дверцу машины, Тэсс схватила шляпу и побежала к зданию.

— Взгляни-ка. — Бен остановил напарника на ступенях, ведущих к главному входу. Позабыв о дожде, они наблюдали за перепрыгивающей через лужи девушкой.

— Недурные ножки, — отметил Эд.

— Пожалуй, даже получше, чем у Лоуэнстайн.

— Возможно. — Эд призадумался. — Впрочем, в такой дождь трудно разглядеть.

Не поднимая головы, Тэсс взлетела по ступеням и столкнулась с Беном. Не успев схватить ее за плечи и немного отодвинуть, чтобы как следует рассмотреть, Бен услышал ругательство.

Ради такого стоило и помокнуть.

Элегантна! Даже под проливным дождем Бен не забыл об элегантности. У нее были высокие, резко очерченные скулы, что сразу напомнило о женщинах викингов. Мягкие и влажные губы заставили задуматься… Кожа бледная, чуть розоватая. Но глаза… именно из-за них Бен воздержался от ехидного замечания, уже готового слететь с его языка: большие, спокойные, но в данный момент слегка раздраженные. Он всегда думал, что такие васильковые глаза лишь у Элизабет Тейлор да у полевых цветов.

— Извините, — произнесла, отдышавшись, Тэсс, — я не заметила вас.

— Ничего страшного… — Ему хотелось продолжать смотреть на нее, но он взял себя в руки. Среди женщин Бен пользовался почти мифической репутацией. Может, это и преувеличение, но оно основано на фактах. — На такой-то скорости… неудивительно! — Было приятно держать ее, смотреть на блестящие дождевые капли на ресницах. — Пожалуй, вас можно задержать за нападение на офицера полиции.

— Дама промокла, — вступился за нее Эд.