— А теперь вы будете есть?

Он взял тарелку и сел на разбитый булыжник. Нахмурившись, он смотрел на мясо. Несладко пришлось ей в этой темнице. Она была такая тощая и бледная, вся светилась, как облако зимой. Он отставил тарелку в сторону. Она оказалась невиновной, точно так же когда-то случилось с ним. Его преступление состояло в том, что он был другом человека, который выступил против королевы. Ее же вина была в том, что она приходилась внучкой подлой старой волчице.

— Стабб.

— Да, Робин.

— Мы уезжаем в город утром. Иниго останется здесь наблюдать за леди.

Стабб кивнул. Тень упала напротив Дерри, он обернулся и увидел Моргана, шедшего по направлению к нему, обвивая талию женщины с золотисто-рыжими волосами и широкими округлыми бедрами. Она тоже обхватила рукой талию его брата и сжала ее. Морган заметил взгляд Дерри и улыбнулся.

— Привет, братец. Мне сказали, что ты опять пытал свою бедную пленницу. — Морган подошел ближе, встал напротив Дерри и сжал свою спутницу за плечи. — Я нашел более приятное занятие.

Дерри протянул руку и выдернул женщину из объятий брата. Морган споткнулся, потом рванулся за своей спутницей, но. Дерри оттащил ее достаточно далеко от него.

— Оставь меня! — крикнула женщина и ударила Дерри по ноге.

Держа ее на расстоянии вытянутой руки, Дерри ухмыльнулся.

— Дженни, я предупреждал тебя, чтобы ты держалась подальше от моего брата.

— Чтоб тебе сгнить от сифилиса, сукин сын!

Морган водрузил руки на бедра и поднял бровь.

— Дорогая моя, — произнес Дерри. — Я счастлив, что раньше ты была слишком занята, чтобы говорить. Честное слово, если бы ты открыла свой грязный рот, я бы ссохся до размера дождевого червя.

Дженни метнулась вперед. Прежде чем Дерри смог оттащить ее, она пнула и Моргана в ногу. Дерри ухватился за прядь золотисто-рыжих волос и дернул ее. Дженни завизжала, вырвалась, перебежала на другую сторону костра, где остановилась, взирая на братьев. Дерри поклялся отправить ее назад в Лондон со следующим посланником.

Морган потирал свою голень и изрыгал проклятия.

— Иисус Мария, я думаю, ты ревнив. Боишься, что, сравнив нас, она найдет тебя непривлекательным?

— Ты едешь со мной. Завтра. В Лондон.

— Я не твоя любовница. Я поеду, когда захочу.

Дерри схватил Моргана за руку и отшвырнул его так, что тот потерял равновесие.

— Центром всего этого заговора является леди Грейс Хант, а не Теа. У старухи должен быть ключ к шифрам.

— О, еще одна женщина, которую можно пытать. Вот так удача.

Сжав челюсти, Дерри отвернулся от Моргана. Солнце уже зашло, и последний луч света исчез. Стабб, Иниго и другие удалились со своей едой подальше от разбушевавшихся братьев. Дерри направился к Вороньей башне, оставив Моргана у огня, и вдруг отдаленный свист заставил его резко вскочить на ноги. Другой свист прозвучал уже ближе, и потом появился всадник. Мужчина въехал на внутренний двор и спешился около Дерри.

— Милорд.

— Тагмен, что увело тебя так далеко от твоего хозяина?

— Срочное сообщение, милорд. — Тагмен достал запечатанное письмо из своего камзола и протянул его Дерри.

— Отослав Тагмена, Дерри взял письмо, поднес его к огню, сломал печать и начал читать. Он смотрел на лист бумаги долгое время, прежде чем швырнул его в огонь. Темные глаза Моргана впились в Дерри. Он бросил взгляд на брата.

— Все будет, как ты хотел. Никто из нас не поедет в Лондон. Грейс Хант убита. Четыре дня назад. Заколота в постели, ее комнату обыскали, но ничего не взяли, наверное, не нашли.

— Убита? Кем? — спросил Морган.

— Сесил точно не знает, но он начал расследование в городе с целью выяснить личность существа, называемого Уайверном. Он спрашивал леди Хант о нем днем, а ночью она умерла.

— Готов поклясться: кажется, опасно для здоровья дружить с Уайверном.

— Да, — сказал Дерри, бросая взгляды на башню, где в комнате лежала Теа. — Теперь единственный человек, кто может знать, кто такой Уайверн, лежит там.

Морган фыркнул и вслед за Дерри взглянул вверх на башню.

— Ну, опять будешь развлекаться?

Дерри посмотрел на брата и горько засмеялся.

— Может быть, ты возьмешь на себя этот труд?

— Спасибо, нет. Это ведь твое любимое занятие — сломить волю женщины, а не мое.

Сова пролетала над городской стеной, и когда она планировала над полями на север от Лондона к востоку от ворот Бишопсгейт, мыши скрывались в поисках убежища. Сова устремлялась вниз за каждым пухлым обитателем полей. Может, ей казалось странным, что пять одетых в плащи мужчин вторглись на ее территорию — пустынные развалины церкви Святого Ботолфа. Мало что осталось от церкви, кроме римской арки у входа и одной стены с массивными полукруглыми арками. Плиты, которыми был выложен пол, исчезли под дерном и травой. Поэтому шаги мужчин внутри остова церкви были не слышны. Один из них оглядел пространство вокруг передней арки.