Таких денег у него при себе не оказывается и он предлагает проехать за деньгами в отделение.

Я понимаю, что они стараются улизнуть с места аварии, но почему-то соглашаюсь на предложенный вариант. Хотя уже отлично знаю, что никаких денег мне не видать. Подъезжаем к отделению, водила девятки просить обождать и скрывается в своей "конторе". Жду десять минут, двадцать, полчаса. Кумекаю в какой автосервис сдать машину в ремонт. И тут выходит они - все трое. Улыбаются и не спеша движутся к моей машине. Приготавливаюсь выслушивать всякие гадости. А водила ни с того ни с сего протягивает мне пачку денег, и уже все трое начинают извиняться...

Мишка Молчанов заходится в истерическом хохоте, многие тоже начинают криво улыбаться, не веря ни единому слову Димки Каюмова: да когда это было, чтобы...

Наконец, Мишка хлопает Димку по плечу:

– Я и не знал, что ты умеешь такие байки слагать!

2000 г.

ИНВАЛИДЫ

Такой наглости старшина дорожно-патрульной службы Ермаков не ожидал. Роскошный "Ауди" на приличной скорости "срезал" зеркало заднего вида, что было закреплено со стороны водителя на старенькой копейке. На переднем окне видавших виды "Жигулей" желтел значок, призывающий всех без исключения российских и иностранных шоферов быть корректным с водителем-инвалидом. Но даже не это было главным по мнению инспектора. Как так, нарушаешь, да ещё на глазах, в тридцати метрах от инспектора! Нахал!

"Ну и нахал!" - подумал Ермаков и резко показал концом жезла как раз в пустое место между копейкой и "Ауди". Иномарка резко затормозила, хотя и пролетела Ермакова на добрых двадцать метров. Не ожидая, когда гора начнет движение в сторону Магомета, старшина сам направился к немецкой машине, внутренне негодуя на злостного нарушителя и обидчика малоимущих, к тому же и инвалидов. Ермаков в своем подразделении тем и славился, что никогда не давал в обиду владельцев отечественных автомобилей. Сам был из семьи, где не только средством, но и предметом роскоши на протяжении всего детства был апельсиновый "Запорожец".

– Документы!
– даже не глядя на водителя, который почти бежал на встречу инспектору, грозно сказал Ермаков, и тут же, перечисляя стал называть все грехи, которые совершил водитель иномарки, - Обгоняем, подрезаем, бьем, обижаем, нарушаем и в итоге думает откупиться...

– Да ты хотя бы видел, что произошло, старшина!
– взвился мужик лет тридцати пяти в темно-синем вельветовом костюме, - Я эту копейку полтора километра обогнать не могу. Она же, как пьяная виляет из стороны в сторону.

– Допотопную копейку он обогнать не может, - ехидно улыбнулся Ермаков, - Старикан на "Жигулях" ему все три полосы перекрыл! Ты хотя бы ври складно!

– Да вы ещё кого-нибудь остановите и вам скажут, что "Жигули" от самого начала проспекта петляют из стороны в сторону от первой до третьей полосы. Я сначала думал, что кино снимается...

– Ага, на главном проспекте города устроили шоу инвалиды-каскадеры, включился в игру Ермаков, вглядываясь в права водителя иномарки.

– К тому же этими инвалидами вся копейка наполнена.

– А может они едут получать продуктовое пособие, - вслух подумал страх дорог и нашел этот повод довольно резонным.

Владелец иномарки все время препиравшийся вдруг как-то приумолк и даже сник, пристально вглядываясь куда-то через плечо инспектора.

– Он что ж, без ног, что ли?

– Кто?
– не поняв вопроса, прищурился Ермаков.

– Инвалид?

– Почему ты так решил?
– снова опустив глаза в документы, спросил старшина.

– Да вон же - ползет к нам. Прямо по первой полосе...

Ермаков резко обернулся. Вихрастый подросток лет семнадцати попытался встать с колен, но тут же снова рухнул на четыре точки. И теперь уже не предпринимая новых попыток на карачках пополз в сторону Ермакова, медленно подтягивая вполне здоровые ноги в изношенных кроссовках.

Ермаков, ухватившись за шиворот кожаной куртки помог ему подняться.

– Где права на машину?

– К-ааа-к-иие права?
– водитель копейки, словно не понял о чем его спрашивают, обдал чувствительный нос Ермакова набором алкогольных ароматов.

– Машина чья?
– встряхнул алкаша старшина.

– Д-еее-д-ааа. Он между прочим не только ветеран, но и инвалид ваа-й-ны.

Из чрева копейки стали весело вываливаться на асфальт пассажиры. "Один, второй, третий, четвертый, пятый, шестой, седьмой, - считал про себя Ермаков.
– Итого, вместе с водителем - восемь".

Вся компания, еле-еле передвигая ногами, приближалась к инспектору. Как не трудно было догадаться на выручку товарища и в его лице пилота быстроходного болида.