— Подумает над чем?

— Над тем, возьмется ли он за это дело.

— Какое?

— Убрать Калмыкова.

— А он сможет?

Настя спрашивала это скорее для Димки. Чтобы выяснить, насколько он уверен в успехе. Ей-то казалось, что Инвалид и не на такое способен.

Димка подумал.

— Много я видел крутых. Не скажу, что этот самый мощный, но парень конкретный, это точно. По разговору видно даже. Человека всегда по разговору можно просчитать. Этот — зверь. Покруче Мони.

— Ладно, — задумчиво сказала Настя. — С ним ясно. Кузу что будем говорить?

— А что за Куз?

— Господи... — Настя даже остановилась. Ей казалось, что они с Димкой знакомы уже тысячу лет. А ведь он ничего не знал о ее жизни. Прошлой жизни.

— Слушай, я и забыла, что вы не знакомы. Ладно, ты сиди молчи, я сама с ним разберусь.

Пропуск в редакцию им был выписан, они поднялись на третий этаж и вошли в кабинет.

Димка, как и договорились, помалкивал, а Настя рассказывала о последних событиях. Пока она говорила, Куз несколько раз тайком наливал себе в маленький стаканчик из стоящей под столом бутылки.

— В общем, я думаю так, — сказала Настя, осмелев напоследок. — Вы, Марк Аронович, позвоните Калмыкову и скажете, что папа оставил вам письмо, из которого вы кое-что узнали. О деньгах, например. И назначите ему встречу на лесопилке.

— А почему ты думаешь, что он поедет на лесопилку, а не пошлет меня подальше? И не грохнет потом?

— Видите ли, дело в том, что без него мы не найдем этих денег. Можете сказать, что хотите купить лесопилку или что отец отписал ее вам, что вы пайщик, ну, я не знаю, придумайте что-нибудь, вы же писатель. Журналист.

Куз помолчал, снова вытащил из-под стола бутылку, налил себе стаканчик, выпил и наконец произнес:

— Так... Значит, ты, Настя, организуешь преступное сообщество. И вы, молодой человек, и я — бойцы. А ты, Настя, пахан. Ну-ну, всю жизнь мечтал о живом деле.

Он подумал еще, посмотрел в пустой стакан.

— С этой сволочью надо, конечно, рассчитаться. Только ты представляешь себе, чем все это может кончиться?

— Представляю. Все будет нормально, — ответил за Настю Димка. — Я в этом варюсь уже не первый год. И не такое на моих глазах проделывали. А этот ваш Калмыков — за ним никого нет. Он — одиночка. Не мы, так другие его прищучат.

— Одиночка... А ты уверен?

— Да.

Куз хотел что-то еще спросить, но телефонный звонок оборвал его на полуслове.

— Алло, — сказал он. Потом, растерянно взглянув на Димку, передал ему трубку. — Это вас.

— Я слушаю, — ответил Димка, молча выслушал то, что ему говорили, сказал «Окей» и отключил связь.

— Ну что? — Настя схватила его за руку. — Это он?

— Он. Сегодня вечером приедет к тебе. Сначала позвонит, надо будет его встретить. Он согласен.

Настя посмотрела на Куза.

— Ну, что? Едете с нами?

— Да, — ответил журналист, — еду, — он выкатил из-под стола пустую бутылку. — А то иначе мне, пожалуй, это дело не бросить.

Вечером у Насти состоялся «военный совет». Инвалид приехал с охраной. Здоровенный лоб, которого хозяин называл Геной, молча сидел возле дверей, не участвуя в беседе. Инвалид был одет очень прилично: брючки, рубашечка. Все, как заметила Настя, дорогое, но не броское. Просто хорошая, добротная одежда.

— Ну, что... — Инвалид внимательно оглядел собравшихся. — Я готов взяться за это дело. Мы выяснили кое-что. Разберемся, короче. Как вы это себе представляете?

— Надо, чтобы он приехал в лес. Место я покажу, — сказала Настя. — Там лесопилка. Никого нет. Это участок моего папы. Он его купил.

— А на хрена туда-то тащить? — строго спросил Инвалид.

— Надо. И... — Куз с удивлением поднял брови, услышав, как вмиг отвердел Настин голос. — И я хочу, чтобы его бросили под поезд.

Инвалид тоже удивился, и не счел нужным скрывать это от двух ребят и стареющего алкаша, которых, судя по всему, ни во что не ставил.

— Под поезд? Но эта романтика будет стоить дороже.

— Они папу моего... Так... Вот и я хочу.

— Хозяин — барин. Мои условия такие. Вы его туда тащите. Обозначаете мне его маршрут. Вот вам одна штучка, — он протянул Насте, как ей сначала показалось, пуговицу, — маячок. Или ему засуньте, или с ним вместе езжайте. А мы следом двинемся. Все очень просто. Охраны у него плотной нет, но пару дружков здесь нужно будет ликвидировать. На всякий случай. Чтобы «хвостов» не оставалось.

Димка вздрогнул. Прямо-таки Мониными словами говорит Инвалид.