— Этот брак? Разве женщина так говорит о своем союзе? Наш брак, вот что вы должны были сказать. Юдифь подняла на Робина умоляющий взгляд.

— Робин, помогите мне!

— Вы можете рассчитывать на меня. Она взял его руки и вцепилась в них.

— Робин, я решила сражаться, но я не чувствую себя достаточно сильной. Я слишком долго была заточенной в своей башне из слоновой кости. У меня нет близких подруг. Я никогда не рассказывала о своих заботах кому бы то ни было, и теперь неожиданно обнаружила, что мне некому довериться. Я не хочу говорить об операции Грега с посторонними. Робин, вы позволите обратиться к вам, всплакнуть на вашем плече? Он загадочно улыбнулся.

— У меня широкие плечи.

— Договорились. У вас есть персональный телефон в Ай-Би-Си?

Он вытащил записную книжку и написал номер.

— Напишите также свой домашний телефон. Он записал свой домашний телефон, который не фигурировал в телефонном справочнике, вырвал листок и протянул ей.

Грегори шесть часов оставался на операционном столе. За этот тягостный период Юдифь два раза звонила Робину. В конце концов они договорились, что он зайдет в клинику в конце дня.

Доктор Лесгарн появился в три часа после обеда. Он принес прекрасные новости. Грегори был в реанимационной. У него не было злокачественной опухоли.

В пять часов Грегори привезли в палату. Когда через час доктор Лесгарн пришел к нему и принес результат анализов, Грегори, ухмыляясь, отвернулся.

Юдифь бросилась к мужу и взяла его за руку.

— Это правда, Грег, клянусь тебе. Он оттолкнул ее:

— Вранье! Вы принимаете меня за идиота? А ты, моя бедная Юдифь, весьма плохая актриса.

Юдифь, охваченная нервной дрожью, вышла в коридор. Через несколько минут появился Робин. Его улыбка, решительная походка и бронзовое лицо контрастировали с жалким подобием человека, в которого превратился Грегори.

— Я недавно звонил сюда и узнал хорошую новость, — объявил он. Юдифь грустно пожала плечами:

— Грег не хочет нам верить.

Врач повернулся к Юдифь и посоветовал ей вернуться домой после трудного дня. Она грустно улыбнулась.

— Я бы с удовольствием что-нибудь съела и выпила. Со вчерашнего дня у меня ничего не было во рту.

Робин повел ее в «Лансер». Она не без умысла отпустила своего шофера. В таком случае Робин будет вынужден проводить ее домой. Они сели за тот же столик, что и накануне, И' она подумала, как часто он бывает здесь.

Он, видимо, заметил выражение ее лица.

— Я бы с удовольствием пошел с вами куда-нибудь еще, — объяснил он, — но, к несчастью, у меня здесь назначено свидание.

Юдифь осторожно смаковала напиток. На голодный желудок алкоголь ударит ей в голову, а она стремилась сохранить ясность ума.

— Я не хотела бы путать вам планы, Робин.

— Да нет.

Внезапно он встал, увидев высокую молодую блондинку, направляющуюся в их сторону.

— Извини, Робин, за опоздание.

— Не имеет значения. — Он сделал знак девушке сесть рядом с ним. — Миссис Остин, позвольте представить вам Ингрид, стюардессу Трансатлантической авиакомпании. Мы не раз летали вместе.

Робин сделал знак бармену обслужить девушку. Юдифь заметила, что тот автоматически принес водку с тоником. Это подтверждало, что она приходила сюда с Робином. У нее был едва заметный скандинавский акцент. Она была высокой, очень стройной, несколько худощавой. Длинные волосы падали ей на плечи и закрывали часть лба. У нее были сильно накрашенные глаза, но помады на губах не было. И когда она положила свою длинную тонкую руку на руку Робина, Юдифь с удовольствием проткнула бы ее кинжалом. О, блеск молодости! По сравнению с этой девушкой, одетой в скромную белую рубашку и совершенно простую юбку, Юдифь чувствовала себя неповоротливой в облегающем костюме фирмы «Шанель».

Робин заказал по второй. Юдифь была голодна — она с удовольствием что-нибудь съела бы. Первый бокал скотча начинал ударять ей в голову. Робин поднял свой бокал и выпил за здоровье Грегори. Он повернулся к девушке и объяснил, кто такой Грегори Остин.

— Мне очень жаль, — сказала Ингрид, обращаясь к Юдифь. — Я от всего сердца желаю ему выздоровления. А что у него?

— Простое контрольное обследование, милочка, — объяснил Робин. — Мистер Остин возвратился самолетом из Палм Бич, так как предпочитает здешних врачей.

— Вы летаете на самолетах нашей компании? — спросила Ингрид.

— У нас собственный самолет, — сказала Юдифь.

— Это должно быть удобно, — довольно равнодушно одобрила Ингрид.

— Юдифь, я рассчитываю на вас: Грегори должен интересоваться работой даже во время обследования, — сказал Робин.

Ингрид посмотрела на них обоих:

— Как, этот бедный мистер Аллен…

— Остин, милочка, — поправил Робин.

— Хорошо, Остин. Так вот, мой отец однажды лежал на обследовании. Он рассказывал, как это ужасно. Дайте мистеру Остину выздороветь и немного забыть про дела.