– А... Понял. Ну, Цифертон, поехали.

Дэн дошел до пяти и сбился - к великой радости сына.

В комнату вошла Кэсс.

– Дети! Пора ужинать!
– позвала она.

– Черт! Из-за тебя я ошибся, - возмутился Дэн и начал сначала.

– Не из-за меня!
– огрызнулась Кэсс.
– Я только сказала...

– Тихо! Я не могу разговаривать и одновременно...

Цифертон снова малиново тявкнул. Джаррод повалился на спину, заливаясь смехом.

– Еда на столе, - повторила Кэсс.

– Минутку, - пробормотал Дэн.
– Дай мне только набрать одиннадцать.

Кэсс в растерянности замолчала, глядя на сгорбившегося над игрой мужа. Дойдя до семи, он неизменно ошибался в последовательности огоньков, и ему приходилось начинать с нуля.

– Все сгниет, прежде чем ты выиграешь, - вздохнула Кэсс.

– Тс-с! После пяти она ускоряет темп. Ты заметила? Если промедлишь хоть секунду - считай, пропало.

– Погоди, вот доберешься до второго уровня, - сказал Джаррод.
– У нас в школе один парень дошел до третьего. Но он "профессор" в математике. И еще играет на пианино. По-моему, это помогает. Па, можно мне учиться на пианино?

– А что общего у пианино с Цифертоном?
– удивилась Кэсс.

– Не знаю. Это вроде как музыка. Бобби Эйвори играет с закрытыми глазами и доходит до шестнадцати. Он говорит, что у него в голове звучит песенка.

– Эти двое когда-нибудь замолчат?
– разъярился Дэн.
– Я не могу сосредоточиться!

Кэсс молитвенно возвела глаза.

– Почему ты не можешь просто смотреть телевизор, как другие мужья? Хватит с меня одного девятилетнего ребенка в семье... Еда на столе, джентльмены. Мойте руки.

– Слышал, что мама сказала?
– обратился Дэн к Джарроду.

– А ты, пап?

– Иди, иди...

Кэсс и Джаррод сидели за столом и ужинали, когда к ним присоединился торжествующий Дэн.

– Она пикает, когда выигрываешь, - сообщил он.
– Я выдал одиннадцать подряд. Не так уж сложно, если умеешь сосредоточиться.

– Тебе потребовалось всего тридцать минут, - не без ехидства заметила Кэсс.

– Ты преувеличиваешь. На самом деле...
– Дэн взглянул на часы и заморгал.
– Ну и ну! А казалось, прошло всего две-три минуты. Как так?

Отбивная остыла, но Дэн счел за лучшее не комментировать сей факт.

– Идешь на второй уровень, пап?

– Конечно. Почему нет? Двадцать подряд - пара пустяков.

Двадцать подряд оказалось не парой пустяков. Дэн ощутимо расстроился, когда Джаррод первым добился успеха и приступил к третьему уровню: теперь ему нужно было выстроить последовательность из тридцати двух огоньков и звуков. Последний уровень, четвертый, состоял - по слухам - из пятидесяти шести вспышек, но Джаррод не знал никого, кто совершил бы такой невероятный подвиг.

– Все дело в сосредоточенности, - объяснял Дэн Ларри Хейесу, когда они ехали в город, где оба работали в электротехническом отделе фирмы "Воссман".
– Это на самом деле увлекательная игра. Уж как затянет - не оторвешься. Хочется играть еще и еще... Уже прошло три месяца, а Джарроду нисколько не надоело. Он уже бьется над четвертым уровнем, самым высоким. А я застрял на третьем. Даже не знаю, удастся ли мне когда-нибудь повторить серию из тридцати двух вспышек.

Хейес усмехнулся.

– Мой парень требует Цифертон на день рождения. Кажется, он сведет меня с ума.

– Не говори, - улыбнулся Дэн.
– Но все-таки благодаря этой игре у Джаррода улучшились отметки. Не понимаю, каким образом, но, похоже, мальчик впервые выходит в отличники. И представь, он умолял нас - умолял, - чтобы ему позволили учиться на пианино. Будто это помогает с Цифертоном. Ты понимаешь? В его возрасте я упрашивал родителей, чтобы они разрешили мне бросить скрипку... Самая странная игра из всех, что я видел.

– Да, наши дети живут в эпоху вычислительных машин, это уж точно, кивнул Хейес.
– Моему парню одиннадцать, а у него четыре... нет, пять разных компьютерных игр и игрушек. Я даже не знаю, как некоторые из них работают. Порой я чувствую себя невеждой. Господи, что случилось с бейсболом, воздушными змеями, салочками? Куда делись спортивные игры? Дети только и делают, что сидят да нажимают на кнопки. Нет, не нравится мне все это...

– Дэн!
– Кэсс толкнула в темноте мужа.
– Дэн, проснись!