Сергей Иванович подошел к краю площадки взглянуть, куда упал "счастливый" шар, но в этот момент шар показался из-за парапета, словно его бросил кто-то снизу. Профессор поймал шар и взглянул вниз: внутренний двор гостиницы был пуст. Да, собственно, кто смог бы закинуть оттуда шар на крышу десятого этажа?

– Странно, - пробормотал он, рассматривая шар.
– Вы что-нибудь понимаете, Петр Семенович?

Петр Семенович с недоумением глядел на профессора.

– Повторим эксперимент, - решительно сказал тот и подбросил шар высоко вверх. "Семерка" поднялась выше мачты антенны и полетела вниз.

Оба игрока, наклонившись над парапетом, наблюдали за шаром.

Они увидели, как он коснулся гладкой плиты во дворе и помчался вверх, словно им выстрелили из рогатки. Не долетев до той высоты, с какой он начал падать, всего метров на пять или шесть, он как бы замер на мгновение и снова полетел вниз. Коснувшись мостовой, шар взмыл вверх, но поднялся уже немного ниже. Так он падал и поднимался по крайней мере раз двадцать. Наконец, подскочив до уровня второго этажа, шар полетел косо, заскакал по двору, как кенгуру, и исчез.

– Вот это номер!
– нарушил молчание профессор.
– Из чего же сделан этот шар, хотел бы я знать?

– Обыкновенная пластмасса, - пробурчал Петр Семенович.
– Ведь из слоновой кости бильярдные шары теперь не делают!

– Обыкновенная?! Ну, знаете, более необыкновенного я еще ничего не видел. А ну-ка, попробуем еще!

Сергей Иванович взял несколько шаров со стола. Его партнер тоже нагрузился белыми кругляшами.

К великому недоумению обитателей гостиницы, они принялись кидать их вниз. Из окон стали высовываться головы, когда тихий дворик огласился грохотом стукающих о мостовую шаров. Шары запрыгали, как огромные белые блохи, но самый бойкий из них поднялся не выше третьего этажа.

– "Семерка" - то действительно гениальная, - сказал профессор.
– Знаете что? Нужно ее обязательно найти. Займитесь-ка этим. Приносите шар прямо в лабораторию.

"Семерка" исчезла

– Не нашел я "семерки", - сообщил Проторенко, явившись на другой день в институт к Сергею Ивановичу.
– Укатилась куда-то или мальчишки подобрали... У меня с директором гостиницы неприятное объяснение было: первый раз в своей жизни, говорит такой, хулиганский поступок вижу. Ну, я ведь не мог ему объяснить, что нас в этих шарах заинтересовало.

– Жаль "семерку", - в раздумье сказал Сергей Иванович.
– Как вы думаете, откуда у нее такая прыгучесть?

– Случайное совпадение, - ответил Петр Семенович.
– Материалы, из которых делается пластмасса, как вы знаете, не всегда однородны. Ну, вот и попалось такое сочетание...

– Вот бы раздобыть еще шаров из этой партии!

В тот же, день Проторенко разузнал, откуда гостиница получила бильярдные шары. Оказалось, их изготовила промысловая артель в городе Степном. Свиридов купил несколько, комплектов шаров, сделанных этой же артелью, но среди, них не нашлось ни одного сколько-нибудь выдающегося. Похоже было, что шар номер семь, и правда, явился каким-то редкостным исключением.

И это очень огорчило его. Свиридов в своей лаборатории работал над созданием пластмассы со сверхупругими свойствами. Некоторые особенности строения такого вещества удалось уже разгадать; первые, еще несовершенные образцы были получены в лаборатории, но профессор - он это великолепно понимал - находился только на полпути к решению задачи.

А тут, словно в насмешку, судьба послала ему в руки шар из такого материала, о котором он мечтал, и он, как жар-птицу, упустил его.

– Знаете, эта "семерка" не выходит у меня из, головы!
– говорил профессор Петру Семеновичу.
– Будь этот шар у нас, мы сделали бы анализ вещества, из которого он состоит. Насколько это ускорило бы нашу работу... Вот что: разыщите-ка его. Вы человек энергичный...

– Но где же его искать?

– Да в том городе, где находится артель, изготовляющая бильярдные шары. Узнайте, из чего и как они делаю пластмассу.

По следам "семерки"

На следующий день Проторенко уже был в городе Степном, где находился завод, поставлявший пластмассу для артели. С этого завода Петр Семенович и начал свои поиски.

Достаточно было получасового разговора с главным инженером, чтобы убедиться, что на заводике этом не мудрили и новых видов пластмассы не искали. Маленький толстяк с обвислыми щеками и кислым взглядом открыл дверки шкафа, полки которого были заставлены белыми кубами.

– Тут образцы каждой партии. Вам надо, чтобы они прыгали? Возьмите любой куб! Все прыгают.

Принесли мраморную доску, положили на пол, и инженер, не глядя, стал брать с полок кубы и бросать их на мрамор. Все кубы подскакивали почти одинаково. Высота прыжка зависела только от того, ребром или плашмя стукался куб о доску.

– Видите сами, - с гордостью сказал инженер.
– Мы стандарт соблюдаем строго.

Распрощавшись с главным инженером завода, Проторенко вышел на улицу и сел на скамейку в сквере, чтобы обдумать положение.