И десантник, мимоходом ударив артиллериста в челюсть, отчего тот рухнул на стойку, кинулся на Миху. Получилась банальная свалка, противники покатились по полу. Секунду спустя дрались уже больше ста человек, в основном десантники с пехотинцами. Но мало-помалу в драку втянулись матросы, которым доставалось от всех, получили свое пара настоящих координаторов, а также летчики.

— Мочи пехоту!

— Вали десантуру!

— Гаси летунов!

Летчиков и координаторов не любили все, им больше всего и досталось.

Первые патрули забросали стульями и прочим хламом. Но полиция все прибывала, и вскоре в толпу полетели шашки со слезоточивым газом. Драка как-то сразу сошла на нет.

— Что за бардак, мать вашу! — прокричал капитан полиции в мегафон. — Ни на секунду вас оставить нельзя! Живо разойтись!

Все стали подниматься с пола; тех, кто не мог сделать это самостоятельно, поднимали товарищи. Только теперь выяснилось, что сюда прибыл военно-полицейский спецназ, со щитами, электрошоковыми дубинками и ружьями, стреляющими резиновыми пулями. Но до всего этого богатства дело не дошло, хватило газа.

— Хорошая драка получилась. Давно здесь такой не было, — сказал артиллерист и, протянув руку, представился: — Джо Малкович, начальник третьего арт-поста, крейсер «Барракуда».

— Миха Кемпл, пехотинец. За что они тебя?

— С координатором спутали, форма у нас похожа.

— А что с координаторами не так?

— Осечки у них бывают, — сказал Джо, потирая отбитые места. — Досадные осечки. Иногда наводят авиацию или артиллерию на своих, не специально, конечно, случайно.

— А отчего так происходит?

— Ошибется кто-нибудь и передаст неверные разведданные или координаты, а они в свою очередь передают их нам или летунам. Но в случае чего — они крайние.

— Понятно. Буду иметь в виду.

— Вот, держи, мой телефон, если что-то понадобится, звони мне. Я тут своего рода почтальон, могу достать все, что угодно.

— Слушай, может, они тебя и не перепутали ни с кем, а ты просто что-то им не достал или денег взял больше положенного? — с подозрением спросил Миха.

— Нет, с этими отморозками я вообще никогда дел не имел. Ладно, будь здоров, мой крейсер от причала через пять минут отходит.

— Пока. — Миха посмотрел на табло. Выходило, их рейс ненамного позже.

Пробежав глазами номер на своеобразной визитке артиллериста-почтальона, Миха положил ее в карман и, придерживая оторванный погон, пошел к своим искать свою сумку с нехитрыми пожитками.

Как ни странно, серьезно покалеченных в роте не оказалось, хотя в целом победителями вышли десантники. Даже зубы у всех сохранились на месте, а вот синяков и вывихов насчитали предостаточно. При спуске челнока покалеченные солдаты слегка морщились и охали на каждой воздушной яме, потирая ушибленные места.

— Кот, на кой хрен тебя понесло? — спросил Барбос, массируя синяк под глазом. — И почему это ты отделался так легко? Ни одного фингала на роже нет.

— Я не виноват. А вообще мне по ребрам сильно досталось. Кулаки у этого придурка пудовые.

— Никто не виноват, но виноват все же ты. Барбос замолчал, сделав такое противоречивое заключение: челнок заходил на посадку. Он весь вибрировал, и казалось, что вот-вот сейчас развалится. Уцелел, хотя посадка была жесткой и вызвала в пассажирском салоне целый хор стонов.

— Выходите строиться. Ждать никого не будем! — прокричал какой-то сержант в открывшиеся двери. — Пешком топать до места службы будете, а это, я вам скажу, немало, километров двести будет. А кругом бандюки шастают.

Ободренная таким наставлением седьмая рота быстро выгрузилась из челнока и построилась повзводно. На краю космодрома замерли ровно пять вертолетов, и двигатели их надрывно гудели, раскручивая лопасти все быстрей и быстрей.

— Хорошо: что-то вы помятые какие-то, ну да ладно, это не мое дело. Вот вертолеты, они доставят вас по местам службы. Служить вы будете не вместе, так что раздавайте друг другу неоплаченные счета, и по машинам.

Солдаты подхватили выгруженные к тому времени ящики со снаряжением и поспешили к вертолетам. Винтокрылые машины поднимались в воздух одна за другой и ложились каждая на свой курс.

…Вертолет летел, тяжело стрекоча лопастями, и пилоты то и дело разбрасывали тепловые шашки. Внизу раскинулась очень странная местность. Всюду, насколько хватало глаз, тянулись горные хребты. Особенно высокие покрывали ледяные шапки, ниже сразу же начинался густой лес, глубоко в ущельях переходивший в самые настоящие тропические джунгли, над которыми висела дымка тумана.