Наконец к нему подошел Луис Ненда.

– Заходите, советник. Эти твари ушли. С ними покончено. Можете, не опасаясь, присоединиться к нашей компании.

Грэйвз уставился на него невидящими глазами.

– Луис Ненда? Кажется, мне стоит попросить у тебя прощения. И не только мне. Все ведь было сделано по плану, не так ли?

– Не одним мной. И мной, и Ат, и Лэнг, и Ребкой. Мы все над ним корпели.

– Но у тебя была самая опасная роль – заманить их в ловушку. Хорошую историю рассказал ты зардалу насчет безопасного бегства. Но ведь это все чушь, не так ли?

Упоминание о зардалу вновь заставило Ненду потереть спину и грудь.

– Не знаю точно, такая ли уж это чушь. Главное в том, что они попали в воронку и улетели отсюда к чертовой матери. Может быть, они даже удачно приземлились.

– А что еще может быть?

– А может то, что они уже жарятся в аду. Надеюсь, что так. Стой! Не двигайся! – Ненда протянул руку и приоткрыл Грэйвзу веки. Несколько секунд он изучал мутно-голубые глаза. – Не нравится мне, как они выглядят. Я честно пытался предупредить тебя о звездовзрыве. Но бить тревогу я не мог, иначе бы зардалу просекли, что к чему, и укрылись бы. Ты смотрел, наверное, прямо на взрыв. Не думаю, что зрение к тебе когда-нибудь вернется.

Грэйвз сделал нетерпеливый жест.

– Это мелочи. Дома, на Миранде, у меня будут новые глаза, меньше чем за сутки. Скажи самое главное. Кто-то из наших погиб?

– В.К.Талли; мы спасли его мозг. Остальные живы. Нам повезло.

– Прекрасно. Это все упрощает. Не надо тратить время на медицину. – Грэйвз сжал предплечье Ненды. – Мы должны действовать быстро. Сейчас у нас величайшее преимущество. Поскольку сам я не вижу, вы, все остальные, организуйте мне встречу – и как можно скорее.

Ненда посмотрел на него с раздражением. Не прошло и двух минут, как они покончили с зардалу, а из Грэйвза уже полез начальник.

Он почувствовал прежнее жгучее желание спихнуть советника на спуск к воронке. Это сильно упростило бы жизнь.

– Встречу? С кем это?

– С кем же еще? – Грэйвз сжал его руку еще крепче, увлекая Ненду вперед прямо на одну из стен тоннеля. – С кем же еще, как не с Посредником?

В течение следующих двадцати четырех часов Джулиус Грэйвз постигал то, что Хансу Ребке и Дари Лэнг было ясно давным-давно: у Посредника своя повестка дня со своим временным графиком. Он не собирался появляться только потому, что людям захотелось с ним поговорить. Они должны ждать, когда это будет ему удобно, а понять, когда именно ему будет удобно, никто не мог.

Остальные восприняли это ограничение вполне спокойно. Они сосредоточились на еде, питье и отдыхе, в чем в данный момент наиболее нуждались. Только Луис Ненда, бормоча, что быть героем, это еще хуже, чем негодяем, слонялся по коридорам; страдающий бессонницей слепой Грэйвз последовал его примеру и блуждал по внутренностям артефакта в сопровождении Ж'мерлии, заменявшего ему глаза. Очень скоро они подтвердили предположение Дари Лэнг о том, что размеры Ясности превосходят суммарный объем биосфер десятка планет; и лишь крохотная его часть была доступна, если только путешественник не обладал способностью Посредника проникать сквозь стены и потолки.

Грэйвз такими способностями не обладал. Часы шли, а вместе с ними росло и его волнение. В конце концов он вернулся в главную комнату и присоединился к остальным.

– Так в чем проблема? – спросил Берди Келли. Он стал доверенным лицом Грэйвза и, одновременно, официальным хранителем мозга В.К.Талли, который носил с выражением человека, держащего в руках неразорвавшуюся бомбу. – Талли не страдает. По правде говоря, он вообще ничего не делает. Наверное, это здорово – взять и выключиться, когда дела начинают пахнуть жареным. – Берди беспокоил незрячий взгляд Грэйвза. – Как бы то ни было, зардалу больше нет и здесь стало вполне безопасно. Давайте, советник. Сбросьте напряжение.

– Я не беспокоюсь о Талли. И ни о ком-либо из нас. – Грэйвз задумчиво похлопал по большому стазисному баку. – Вот это меня тревожит. И то, что в нем находилось.

– Зардалу? Так они же все передохли.

– Неужели? И ты можешь мне это доказать? – Грэйвз закрыл незрячие глаза и прислонился к баку, дыша ртом. Как всегда, когда он говорил с Берди, все его вопросы носили риторический характер.

– Я знаю, что они попадали в воронку, – продолжил он в тот самый момент, когда Келли уже начал подозревать, что советник заснул. – Но кто подтвердит, что они мертвы? Профессор Лэнг считает воронку частью транспортной системы. Она говорит, что Посредник это подтвердил или, по крайней мере, не опроверг. Транспортные системы не разрабатывают с тем расчетом, чтобы они убивали своих пассажиров. Предположим, что зардалу перенеслись в целости и сохранности и осели где-то в рукаве спирали.

– Вы так считаете? – Берди презрительно фыркнул. – Большое горе! Их бог знает сколько лет не было – тысяч одиннадцать, или около того – и всего-то осталось раз, два и обчелся. Зардалу мне не страшны. «Ни мертвые, ни за тридцать тысяч световых лет», – добавил он про себя. – Не думаю, чтобы они смогли много разворотить за несколько дней.

– Да не это меня беспокоит! – В интонации Грэйвза явно звучало: «дурак ты», но вслух он этих слов не произнес. – Меня беспокоит, как мы будем их преследовать. Если эта воронка является разновидностью узловой точки Бозе-сети, то след от переброски убывает с течением времени экспоненциально. Сегодня мы, вероятно, могли бы сказать, куда он ведет. Завтра это сделать уже немного сложнее. Через неделю это станет труднейшей задачей, а через месяц вообще невозможно, какой бы технологией ты ни пользовался. Зардалу могут так запрятаться, что их никто не найдет. Что ты на это скажешь?