– Ченс по-прежнему хочет захватить мою землю. Тот факт, что ради этого он женился на мне, показывает всю степень его решимости. Он не остановится только потому, что попытка оказалась неудачной. Он пойдет до конца. Он уже стал держателем закладной Морганс-Уока. Сегодня позвонил мой адвокат и предупредил, что, вероятно, я получу очень выгодное предложение о продаже ранчо – предположительно из Далласа. Несомненно, за этим стоит Ченс. Когда я откажусь, он просто потребует выплаты по закладной. Если же мне удастся найти другой кредит – а это будет нелегко, – Ченс скорее всего выкупит и его. Он сделает все возможное, чтобы я сдалась. Если я буду только обороняться, то в конце концов проиграю. А значит, у меня есть единственный выбор, – заключила она. – Я должна играть по его правилам.

От нее не укрылось новое выражение глаз Малькома – уважение и восхищение. Затем он чуть заметно улыбнулся.

– А кроме того, ты хочешь отомстить.

– Отчасти, – искренне призналась она.

– Что касается делового предложения, о котором ты упомянула по телефону, то как я вписываюсь в твой план?

– Мне нужен партнер, – продолжала она. Само собой разумелось, что имелся в виду человек влиятельный и богатый. – Я могла бы осуществить этот проект самостоятельно, но мы оба знаем, как это трудно, а то и невозможно, особенно, если о нем дознается Ченс. Но если я смогу опереться на имя и деньги Пауэлла, даже Ченсу Стюарту будет нелегко со мной тягаться.

– Но с какой стати я должен тебя поддерживать, Флейм? Что я получу, кроме прибыли?

– Меня, – спокойно ответила она.

Он язвительно ухмыльнулся.

– Я заранее знал ответ. – Флейм впервые стало не по себе. – Сколь ни заманчиво твое предложение, честно говоря, идея послужить орудием для сведения твоих счетов со Стюартом меня не слишком вдохновляет.

– Мы всегда были откровенны друг с другом, Мальком, – сказала она, тщательно подбирая слова. – Вряд ли вы понимаете, как это редко бывает. Во всяком случае, я не осознавала. Вы ни разу не солгали мне, что хотите чего-то большего, чем роман. Наоборот, открыто признавали, что вовсе не собираетесь оставить жену. Я научилась ценить подобную честность – наряду со многим другим. Я всегда уважала вас и восхищалась вами, Мальком, как бизнесменом и как человеком. Кроме того, нам хорошо вместе. Как вы однажды сказали, мы прекрасно ладим. Существует ли более прочная основа для взаимоотношений, чем взаимное уважение и восхищение?

Он глубоко вздохнул, и на его лице отразилась легкая настороженность.

– Я хочу тебя, Флейм, как не хотел ни одну женщину. Я так тебя хочу, что готов тебе поверить. Ты говоришь очень убедительно.

– И я хочу быть с вами. Меня подтолкнула к этому жажда мести, Мальком. Не отрицаю. – Она медленно приблизилась к нему, теперь их разделяло лишь несколько дюймов. Однако она все еще не касалась его. – Но это не все. Я устала быть одна. Устала от одиночества. Я хочу, чтобы рядом был человек, с которым я могла бы делить и работу, и досуг. Неужели в это так трудно поверить?

– Нет.

– Тогда… можем ли мы стать партнерами?

Он молча притянул ее к себе и нашел ее рот. Она ответила на его поцелуй, правда, без той страсти и того накала чувств, какие когда-то дарила Ченсу. Но пережитая боль научила ее, что лучше любить разумно и спокойно, чем отдаваться вихрю эмоций.

Когда он привел ее в спальню – в тех же сдержанных, серых тонах, – она слегка пожалела о том, что постель – непременное условие договора. Скидывая одежду под его горящим взором, она успокоила себя тем, что впереди еще много времени – они успеют обсудить и стратегию, и тактику. Но вот они и рядом. Она знала, что ему нужна не пассивная любовь. И искренне старалась ему угодить. Она отвечала страстностью на страстность, что помогало избавиться от воспоминаний. В конце концов, это было неотъемлемой частью сделки.

Если его руки и губы были не слишком искушенными, если в его порывах было больше силы, чем утонченности, если ее наслаждение уступало тому, которое она познала прежде, она запретила себе об этом думать. Потом, положив голову на его могучую грудь, она испытала успокоение и легкость. Что ж, ей и этого было довольно.

Сэм вышел из своего кабинета и, увидев, что двери Ченса закрыты, постоял в нерешительности, а затем подошел к столу Молли.

– Ченс занят?

– Занят? – Она со вздохом посмотрела на светящуюся лампочку телефона, указывавшую на то, что одной из линий пользовались. – Он опять пытается дозвониться до Флейм.

– А в ответ все те же отговорки, да? – догадался Сэм и, покачав головой, вздохнул в унисон с Молли. – За последние два месяца он разговаривал с ней всего один раз, да и то наверняка случайно. Если бы она знала, что звонит он, ни за что не сняла бы трубку.

– Он беспокоит меня, Сэм, – призналась Молли. – Вы замечаете, как он похудел? И по ночам не спит. Неудивительно, что он такой раздражительный и…

– … и с ним невозможно разговаривать, – закончил за нее Сэм.

– Зачем же она с ним так обращается? Неужели она не понимает, как он мучается?

– Вы такая же, как Ченс, – буркнул Сэм, глядя на нее с грустью и раздражением одновременно. – Вам обоим даже не приходит в голову, что ей-то скорее всего просто наплевать.

– Видимо, я в ней ошиблась. – Такое признание со стороны Молли дорогого стоило, и Сэм это знал. – Мне казалось, она его по-настоящему любит. Наверное, она притворялась. Другого разумного объяснения я найти не могу.