– Да ничего, просто братва между собой чего-то не поделила, одни братки решили замочить других, а мы ко всему этому не имеем никакого отношения, просто попали по несчастливой случайности.

– Жалко, что Сашка тоже не остался, а то бы и его замочили заодно – и нам никаких проблем. Теперь он нас точно искать будет, захочет узнать подробности произошедшего. И почему эти маски не ворвались раньше? Уложили бы всех наших обидчиков.

– Это верно! – кивнула Златка.

В комнату открылась дверь, и на пороге появилась домработница, приглашая нас к столу. Мы бросились наперегонки в столовую. На столе стояли два зажженных подсвечника, бутылка шампанского и огромное блюдо с мясными и рыбными закусками.

– Бог мой, да нам это за всю жизнь не съесть! – воскликнула я.

– Ну, не обязательно есть все, – улыбнулась тетя Нина. – Девочки, вы не против, если я не буду сидеть с вами за столом? Мы с папой сегодня весь день в лаборатории, ни разу не присели, завтра вставать ни свет ни заря.

– Конечно, мам, иди спать, – махнула рукой Златка.

Тетя Нина пошла в спальню, а мы разлили шампанское по бокалам. Выключили свет и зажгли подсвечники, в каждом из которых было по три свечи. Мы подняли бокалы, и я торжественно произнесла тост:

– За то, чтобы больше никогда не встречаться с этими ублюдками.

Мы дружно выпили и принялись за поедание деликатесов.

– Как продвигается работа твоих родителей? Что они говорят, будет наконец найдено лекарство от спида? – поинтересовалась я.

– Пока ищут. Представляешь, в центре АНТИСПИД уже нет мест, народу – не пробиться. И нет общей методики лечения, к каждому нужен индивидуальный подход. Все зависит от особенностей организма…

– Знаешь, здесь так уютно! Все-таки очень важно родиться в нужной семье и в нужное время.

– Ты это о чем?

– О том, что здорово иметь родительский дом, а тем более такой, как у тебя. Изысканность, порода и аристократизм – вот основные черты твоего дома. Ты родилась в семье творческой интеллигенции и всегда к ней принадлежишь. Тебе не нужно делать себя самой… Со мной совсем другая история, я провинциалка, родившаяся в рабоче-крестьянской семье. Мои предки в жизни не пробовали хорошего коньяку, они даже не держали его в руках, а если бы им и дали такую бутылку, то они просто не стали бы его пить. Им никогда не нравились мои мысли, идеи, образ жизни, который я выбрала, они не любят Москву, а предпочитают жить в провинции и считают, что совсем не обязательно хватать звезд с неба. Я же их прямая противоположность, я всеядная, и мне вечно чего-то не хватает. Москва, конечно, встретила меня не хлебом и солью, но здесь я смогла удержаться и довольно неплохо себя реализовать. Я завидую тебе в том, что у тебя есть воспитание, а это очень важно… У меня его нет и никогда не было. Я же бывший ребенок улицы, понимаешь? Мы с тобой выросли в разных условиях, а сидим за одним столом и не ощущаем никакой разницы… Я сделала себя сама и воспитала себя тоже сама.

– Тогда пьем за тебя, моя дорогая! – Златка наполнила бокалы. – И Бог с ним со всем, главное, что мы живем так, как считаем нужным, как подсказывает нам наше…

Мы подняли бокалы и с удовольствием выпили их содержимое.

– Сразу перестал болеть нос, – засмеялась я.

– Что же нам теперь делать? – задумалась Златка. – Как ты думаешь, эти братаны будут нас искать?

– Может, и будут, а может, им сейчас не до нас, все-таки там у них война началась… Только лишь бы они знали, кто замочил их товарищей, а не подписали это дело под нас. А то подумают, что это кто-нибудь пришел нас освобождать и положил головушки ихних братушек.

– Только этого еще не хватало… – проговорила Златка. – Слушай, а, по-моему, тот великан воспылал к тебе чувствами.

– Да, но только до того момента, пока не услышал, что мы занимаемся гоп-стопом на трассе, – засмеялась я. – Он гребец по жизни, понимаешь, гребет и ищет, где можно получше остановить свою лодку.

– Представляю, каких размеров у него весло! Ты когда с ним танцевала, я обратила внимание, как оно выпирает из штанов. Целое веслище! – захохотала подружка и схватилась за живот.

Когда наконец мы вволю насмеялись, я задумалась и произнесла:

– Знаешь, все это, конечно, хорошо, но в последнее время мы постоянно попадаем в какие-то скверные истории, которые несут в себе угрозу для нашей жизни. Нам нужна страховка.

– Как это?

– Нужно подстраховаться на тот случай, если нас будут искать. Нужен кто-то, кто сможет за нас заступиться в самый неприятный момент. Улавливаешь?

– Может, нам стоит на время уехать из Москвы? Давай слетаем в Штутгарт, поживем на вилле у твоего Ганса… И ему за счастье побыть с любимой женщиной, и нам польза: отдохнем немного, забудемся. Как ты?

– Думаю, что пока такой необходимости нет, это только в том случае, если уж нас совсем прижмет. Видишь ли, там его проклятая родня наседает на меня с тем, чтобы мы наконец узаконили наши отношения и жили в Штутгарте на этой роскошной вилле, а я рожала ему детей и прекратила поездки в Россию. Ты же знаешь, для меня такие перспективы настолько чудовищны, что мне уже совсем перехотелось летать в Германию.

– Есть женщины, которые спят и видят такие перспективы, – задумалась Златка.

– Но только не я. Я там всегда буду чужая… Второсортной женой, понимаешь? Ребенок, которого я рожу, по их понятиям, никогда не будет чистокровным арийцем. Мы с ним еще не расписаны, а я уже слышу националистические нотки в их речах. Я русская и горжусь этим и не хочу становиться немкой. А кроме того, меня добивают его педантичность, мелочность, расчетливость. Эти черты очень присущи немцам. Конечно, наши отношения далеко зашли. Но, честно говоря, своей немецкой аккуратностью и занудством он меня уже порядком достал.