Рут вся покрылась холодным потом.

— Вы спокойно выйдете из магазина так же, как вошли. На улице увидите человека с желтым ящиком. На нем будет написано «Пожертвования для детей». Бросите булавку ему в ящик и пойдете дальше. На углу вас будет ждать такси. Сядете в него и назовете водителю свой адрес, — Гарри улыбнулся. — Вот и все, собственно говоря. Больше от вас ничего не требуется.

Рут потеряла дар речи. Она посмотрела сначала на дверь, потом на окно. Опять взяла чашечку, но кофе был холодный и безвкусный.

— Я не смогу сделать это, — прошептала она. — Не смогу.

— Не бойтесь, миссис Муди, вам ничто не угрожает. Если вас остановят, отдадите булавку и все. Когда в «Трэвеле» узнают о вашей болезни, вас тут же отпустят.

— Я не могу. У меня не хватит смелости.

— Не хватит смелости, миссис Муди? — Гарри с улыбкой посмотрел на низенького напарника. — Где, ты говоришь, работает мистер Муди?

Краснолицый с ухмылкой полез в карман.

— Хорошо, — сдалась Рут Муди. — Показывайте, какой прилавок и какой поднос.

Рут в своем лучшем платье и пальто и новой шляпке вошла в «Трэвел». В магазине было около двадцати прилавков, но она, быстро сориентировавшись, направилась к тому, который показал на плане Гарри.

Продавец в темном костюме и сером галстуке с легким поклоном поинтересовался, чем может ей помочь.

— Покажите мне, пожалуйста, вон тот поднос, что лежит на второй полке, — негромко попросила она и оперлась обеими руками на прилавок, чтобы не упасть.

— Сию минуту, мэм, — продавец уважительно, словно хотел похвалить ее за безукоризненный вкус, улыбнулся. Когда он достал бархатный поднос и поставил его на стол, алмазы засверкали.

Ее взгляд остановился на потрясающе красивой булавке с алмазом, лежащей в углу. Менее чем в трех метрах от нее джентльмен в пальто с бархатным воротником и шляпе с серой лентой рассматривал драгоценности и при этом беззаботно вертел зонтиком с тяжелой металлической ручкой. Все кончилось тем, что зонтик угодил в витрину. Тишину в магазине нарушил его испуганный возглас, потонувший в звоне разбиваемого стекла.

Продавец на долю секунды замер в нерешительности, не зная, спрятать поднос или оставить его на прилавке, потом бросился к месту происшествия. После его ухода прошли пять драгоценных секунд, прежде чем Рут вспомнила, что ей нужно сделать. Она схватила алмазную булавку, спрятала ее в карман и двинулась к выходу.

До него было не больше нескольких метров, но к тому времени, когда она закрыла за собой дверь, ноги у нее подкашивались от усталости. По залитой ярким солнцем улице торопливо шли прохожие. Смех и стук каблуков, привычные уличные звуки вернули уверенность, но испуг не прошел. Когда она увидела недалеко от магазина знакомое обгорелое лицо и услышала звон монет в ящике, то испытала даже чувство облегчения.

— Помогите бедным деткам, сударыня, — с улыбкой заныл краснолицый.

Рут кивнула и бросила в ящик булавку с алмазом.

— На углу ждет такси, — тихо сообщил он, позвякивая монетами. — Поезжайте домой, миссис Муди.

— Хорошо, — вновь кивнула Рут.

Какая-то старушка бросила в ящик четвертак и получила благодарную улыбку.

Рут села в такси, но адрес вспомнила только через несколько минут после того, как машина выехала на улицу.

Когда Ральф Муди вернулся вечером домой, он застал жену в слезах.

— Дорогая, в чем дело? — встревожился он. — Что случилось?

— О, Ральф…

— Неужели опять? — нахмурился он. — Опять украла?

Она кивнула с несчастным видом.

— Ну и что ты утащила на этот раз? — спросил он, стараясь говорить спокойным голосом.

— Я была в «Трэвеле»…

— Где?

— В «Трэвеле». Это ювелирный магазин на Сорок седьмой улице.

— Не может быть, Рут. Господи, только не ювелирный магазин!

Успокоившись, Ральф при помощи осторожных расспросов узнал все, что произошло днем.

— Я испугалась и не знала, что делать, — всхлипывая, объяснила девушка. — Ральф, я пойду к врачу. Вы с мамой были правы. Мне нужно лечиться.

— Боюсь, болезнь зашла слишком далеко, — покачал головой Ральф. — На этот раз ты украла не моток ниток и не сумочку, Рут, а очень дорогую вещь. Одному богу известно, сколько она стоит.

— Но они заставили меня сделать это! Они шантажировали меня.

— Давай позвоним в полицию, — предложил Муди.

— В полицию?

— Конечно, мы должны позвонить в полицию, Рут. Неужели ты этого не понимаешь?

— Но почему? — удивилась она. — Почему мы должны идти в полицию?

— Потому что скрывать то, что произошло, очень опасно. Если тебя узнают, все будет очень плохо. Неужели ты этого не понимаешь? Мы должны обязательно позвонить в полицию.