Он бросился в отверстие — как раз в тот момент, когда сокрушительный взрыв тяжело подтолкнул его в спину. Телекамера вывалилась из рук, когда его сбило с ног и швырнуло в крохотную трещину в скале. Поражаясь тому, что он до сих пор жив, Тарджетт отчаянно сжался в надежде стать как можно меньше. Треугольное укрытие оказалось достаточно длинным, чтобы его тело поместилось там целиком. Он съежился в нем, всхлипывая от панического ужаса при мысли о том, что в любое мгновение его настигнет новый снаряд.

— Я жив, — оцепенело думал он. — Но как же так?

Он провел рукой в перчатке по нижней части спины, там, куда его ударил осколок, и нащупал незнакомый кусок металла с рваными краями. Его зондирующие пальцы исследовали смятый, изломанный ящичек, и прошло несколько секунд прежде, чем он осознал, что это — обломки кислородного генератора.

Тарджетт потянулся за рюкзаком, в котором был запасной генератор, и тут же вспомнил, что рюкзак лежит на плато, где он его оставил, когда отправился снимать пластины с цилиндра. Лихорадочно цепляясь за прикрывающие его скалы, Тарджетт перевернулся и выглянул наружу. Он увидел лишь маленький кусочек неба, который то и дело перечеркивали черные силуэты летящих торпед.

Чтобы лучше видеть, Тарджетт медленно продвинулся вперед. Глаза его широко раскрылись, когда он разглядел, как торпеды сотнями уносятся в небо, образуя в вышине молчаливый рой. Их тени плавно колыхались на скалах и коричневатой пыли равнины. Даже, пока он наблюдал, несколько ленивцев задрали носы в воздух, какое-то мгновение неуверенно покачались и медленно взлетели в небо, присоединяясь к товарищам. Они образовали вращающееся облако. Небольшая складка местности не давала ему рассмотреть, где лежит его рюкзак и взлетел ли разобранный им цилиндр. Тарджетт слегка приподнял голову и тотчас повалился обратно под дождем обломков скалы и пыли. Грохот взрывов и леденящий душу вой осколков не оставили у него сомнений в том, что торпеды заметили его движение и отреагировали на него единственно возможным для них образом, слепо повинуясь смертоносным приказам их древних конструкторов.

— Доложи, где ты находишься, Майкл. — Казалось, голос Уэкопа доносится откуда-то из другого мира.

— У меня не слишком удачная позиция, — хрипло признался Тарджетт, стараясь восстановить нормальное дыхание. — Похоже, эти штуки — роботы-охотники, снаряженные автоматическими пушками. Сейчас большинство их находится в воздухе с правой стороны — должно быть, их привлекло излучение моей камеры или радиопередатчика костюма. Роятся вокруг как москиты. Я укрылся под какими-то камнями, но…

— Не двигайся с места. Меньше чем через час «Сарафанд» сядет здесь.

— Не пойдет, Уэкоп. Одна из торпед попала в меня, пока я добирался сюда. Костюм не пробит, но кислородный генератор полностью разрушен.

— Воспользуйся запасным из рюкзака, — вставил Сердженор, прежде чем Уэкоп ответил.

— Не могу. — Тарджетт открыл для себя странную вещь: он испытывает скорее замешательство, чем страх. — Рюкзак остался снаружи, и мне до него не добраться. Ничего не могу придумать.

— Но тогда тебе остается только… — Сердженор сделал паузу. — Ты должен добраться до рюкзака, Майк.

— Именно об этом я и думаю.

— Послушай, может быть, торпеды реагируют только на резкие движения. Если ты будешь ползти очень медленно…

— Гипотеза неверна, — перебил Уэкоп. — Анализ электронных схем датчиков вскрытой Майклом торпеды, несомненно, указывает на то, что данная схема является дуплексной системой, оба канала которой используют движение, инфракрасное, а также другие виды излучений для наведения на цель. Как только он вылезет из убежища, это несомненно вызовет еще более интенсивный огонь.

— Уже вызвало. Я попытался высунуться из этой дыры с минуту назад, — сказал Тарджетт. — Мне чуть не оторвало голову.

— Это доказывает, что мой вывод о электронной схеме датчиков — правильный, что в свою очередь…

— Уэкоп, у нас нет времени, выслушивать как ты сам себя поздравляешь,

— в радиопередатчик костюма ворвался голос Сердженора. — Майк, ты не пробовал на них наше оружие?

Тарджетт потянулся за ультралазером, по-прежнему висящем на его плече, затем отвел руку.

— Оно не поможет, Дейв. Здесь носятся сотни этих штуковин, а в пистолете… Сколько в нем зарядов?

— Так… Если у тебя пистолет с самоходным капсюлем, то должно быть двадцать шесть.

— Ну, и какой смысл пытаться?

— Майк, может быть, в этом нет никакого смысла, но ты, что собираешься просто так лежать там и медленно задыхаться? Попробуй, подстрели несколько штук, черт возьми.

— Дэвид Сердженор, — решительно вмешался Уэкоп. — Я приказываю тебе молчать, пока я занимаюсь критическим положением.