"Слово" вовсе не господин Л.... Это на мгновение возобновило мои подозрения ... Но, с другой стороны, - откуда бы он мог знать, кто такой "Слово" ... Очень естественно, что "Слово" не оказалось в Севастополе. Л. вскрыл письмо и поспешил прислать мне, прежде всего деньги ... Но подозрительно было, почему нет хоть бы маленькой записки, как это у нас было принято... Но, с другой стороны, ведь деньги не имеют запаха, а записка... записка всегда может погубить курьера.

– Хотите получить куш?..

Меня это выражение "куш", под которым он подразумевал присланные деньги, покоробило. Но ведь мало ли какой у них жаргон, в этих разведках!

– Пожалуйста.

Он вынул пачку денег.

– Тут немного... Лично для вас... Сейчас же после меня или я сам или другой курьер привезут вам деньги на "дело". Вы только напишите, что вы предполагаете делать, ваши планы и размер организации и сколько вам, приблизительно, нужно ... А тут разными деньгами ... царскими, советскими ... понасобирали ...

– Это же собственно чьи деньги?..

– Это... право, не знаю... Мне передал Александрос, но я думаю, что эти деньги господина Л... Вы мне расписку можете написать?

– Пожалуйста ...

– Еще одно ...

По его лицу прошло нечто, что я сразу понял... Он будет просить какое-нибудь вознаграждение.

– Если вы можете, я вам часть этих "царских" дам "советскими".

Дело было ясно ... "Царские" стоили во много раз дороже, чем "советские". На этом обмене он зарабатывал порядочную сумму...

Я его сразу понял, но решил ему не отказывать, - человек сто раз рисковал своей жизнью, чтобы добраться до меня, как ему не дать?

Я дал ему расписку, сообразив, что и после этого вычета останется порядочная сумма по нашим средствам. Деньги перешли в мой карман.

Я стал расспрашивать его о Крыме...

– Как армия?.. Дисциплина восстановлена? ..

– Восстановлена. В некоторых частях очень хорошо... Был бунт Орлова, но это кончилось ... Земельная реформа производится. С рабочими теперь стало лучше... Дорого, но хлеб есть...

– Что же, есть какое-нибудь правительство? ..

– Да... во главе стоит как... его фамилия !.. он еще был при старом режиме министром ...

– Кривошеий?
– подсказал Вовка.

– Да, да. Кривошеин...

– Как вы ехали?

– Через Тендру... на Тендре - там пункт... а оттуда знакомые рыбаки переправили.

– Сколько времени вы ехали? ..

– Три дня... там очень просят, чтобы вы как можно скорее прислали план вашей работы ... Что вы предполагаете делать и все прочее... как можно скорее... я завтра хоту ехать обратно, я бы и ответ ...

Я принял решение. Мне он казался настоящим курьером. Держал он себя просто, интеллигентности был средней. Я спросил его еще.

– Вы офицер?

– Нет ... я из рабочих... Ропитовец ...

Значит, и в этом пункте не врет: мне ясно было, что он не офицер. Среди же ропитовцев, т. е. рабочих "Русского общества пароходства и торговли" действительно было очень много сочувствующих нам элементов.

И я решил так. То, что он от меня просит, я дам ему завтра. За сутки что-нибудь выяснится. Нужно назначить ему второе свидание. Если выяснятся. что-нибудь подозрительное, я не пойду.

И я сказал ему:

– Вот что... я приготовлю план. Он будет изложен коротко, но по возможности полно; я заделаю его так, чтобы вам легко было его везти. Например, вы получите завтра коробку с папиросами, и в одной из папирос будет все, что вам нужно. Вы передадите папиросы "Слову".

– Хорошо ... только, пожалуйста, отметьте хотя бы точкой, какая будет папироса.

Эта фраза сильно усыпила мои подозрения. Если он провокатор, неужели он будет заботиться о какой-то точке на папиросе. Очевидно, в нем говорит добросовестность добросовестного разведчика. К тому же для провокатора он поразительно спокоен. Ведь он один в квартире, в совершенно незнакомой ему квартире, и в сущности в наших руках. Допустим, каким-нибудь образом мы узнаем, что он провокатор. Нам нечего терять, потому что мм в мышеловке, наверное, подъезд окружен - и тогда в отчаянии из злобы и мести можем в отправить его на тот свет. Провокатор все-таки бы волновался. А этот абсолютно спокоен.

В это мгновение распахнулась дверь, и в комнату ворвалась ... Ирина. Именно ворвалась. Одного взгляда было достаточно, чтобы определить, что она сильно взволнована.

– Простите, что я так вошла... мне нужно поговорить с вами, Владимир Александрович.

Мы встали при ее появлении. Встал и "Котик". Она подала ему руку и по привычке и в растерянности, ткнула ее ему в губы. Тут произошло мгновенное замешательство. "Котик", может-быть не привыкший целовать дамам ручку, сильно покраснел, смутился...