— Если вы считаете, что здесь это безопасно… — отозвался метаморф, окинув быстрым взглядом Тастейна, Джакомина Халефиса и Хаймака Барджазида.

— Это мои соратники, — величественно произнес Мандралиска. — Оставьте всякие опасения.

Получив это заверение, Вайизейсп Уувизейсп Аавизейсп сразу же начал расставаться с человеческим обликом.

Ничего подобного Тастейну никогда прежде не приходилось видеть. Он даже и не мечтал, что когда-либо сможет наблюдать, как это происходит. Как и большинство людей, он относился к меняющим форму с недоверием и даже страхом: эти древние создания пугали его — непостижимые, непознаваемые, затаившиеся в своих джунглях, исполненные ядовитой злобы к людям, отнявшим у них принадлежавший им мир, готовящие одно Божество ведает какую месть за то, что с ними содеяли. Да стоило только подумать о том, что ему придется оказаться рядом с одним из этих существ, как по коже бежали мурашки.

Но сейчас он с изумлением наблюдал, не в силах отвести взгляд, как тело метаморфа корчилось и дергалось под плохо сидевшей на нем одеждой, словно существо пыталось сбросить кожу, как черты лица, и без того казавшиеся странными, вдруг начали расплываться и терять всякую определенность — они, в буквальном смысле слова, растекались, — как сгорбленные плечи словно сами по себе стали немыслимым образом выворачиваться, дергаясь и крутясь, как будто пытались найти наилучшее положение по отношению к спине…

Не успел он несколько раз моргнуть, как преобразование завершилось. Человек, которого Тастейн привел в эту комнату, исчез, и вместо него возникла совершенно непохожая на него, неимоверно тощая, длинная и угловатая фигура. Лицо существа имело болезненный светло-зеленоватый цвет, глаза были скошены внутрь и не имели зрачков, нос был крошечным, почти незаметным, под ним располагался рот, лишенный губ и похожий на разрез, а скулы были острыми, как ножи.

Метаморф! Меняющий форму!..

Тастейн все еще не смел заставить себя поверить в происходящее: существо из запретного Пиурифэйна находится рядом с ним, менее чем в десяти шагах. И где — в кабинете графа Мандралиски, куда явилось по личному приглашению графа!

Лорд Ворсинар там, на севере, заключил союз с меняющими форму; Тастейн своими глазами видел одного из них — первого в своей жизни — возле крепости. Но он был уверен, что именно это послужило одной из главных причин, по которым Пятеро правителей решили разделаться с лордом Ворсинаром. Люди не ведут дел с метаморфами. Это все равно что заключать союз с демонами. Но вот это… Сам Мандралиска… Меняющий форму здесь, во дворце прокуратора…

Тастейн украдкой взглянул на Джакомина Халефиса, а затем на Хаймака Барджазида. Но те не выказывали никаких признаков удивления или тревоги. Или же они полностью овладели искусством скрывать такие чувства в присутствии графа, или были заранее осведомлены о том, кто такой на самом деле таинственный сегодняшний посетитель.

Мандралиска взял со стола шлем Барджазида, легонько подбросил его в горсти, словно кучку драгоценных монет и показал посетителю.

— Вот наше маленькое оружие, — сказал он мета-морфу, — устройство, благодаря которому мы освободим наш континент от власти господ из Алханроэля. Пока что наши эксперименты с ним были весьма плодотворными. — Он кивком указал на Хаймака Барджазида. — Этому человеку мы обязаны тем, что можем использовать столь мощное оружие в нашей борьбе.

— И вы говорите, что при помощи этого маленького прибора можно вступить в контакт с сознанием любого обитателя этого мира? — спросил Вайизейсп Уувизейсп Аавизейсп. После того как метаморф принял свой естественный облик, его грубый утрированный акцент исчез, и голос звучал ровно и мягко. — И получить возможность управлять этим сознанием?

— Да, судя по нашим экспериментам.

— Сознанием короналя? Понтифекса? — Метаморф сделал паузу— Или, скажем, сознанием Данипиур?

— Мне показалось слишком опасным, слишком, я бы сказал, вызывающим влезать в умы короналя или понтифекса, — не задержавшись ни на мгновение ответил Мандралиска. — Ручаюсь вам, что я мог это сделать, если бы счел нужным, но я так не счел. Но могу сообщить вам, что тем не менее я успешно добрался до умов некоторых членов семейства понтифекса: его брата, его матери, его жены, его ребенка. Чтобы, так сказать, дать ему представление о наших возможностях. Вы, конечно, понимаете, что это строжайший секрет, которым можно поделиться с одной только Данипиур. А что касается Данипиур… Нет, нет, конечно, я никогда не стал бы пытаться воздействовать на сознание великой королевы, послом которой вы являетесь.

— Но смогли бы, если бы захотели?

— Скорее всего, смог бы. Но зачем это делать? Ее это только оскорбило бы и оттолкнуло от нас. Пиуривары — наши друзья. Как вы знаете, мы рассматриваем вас как союзников в нашей великой борьбе.

Тастейн был ошеломлен этим спокойным заявлением еще сильнее, чем открытием, что человек, которого он привел сюда, оказался меняющим форму. Союзники? Неужели Мандралиска говорил серьезно? Что люди и метаморфы будут вместе сражаться против войск понтифекса и короналя?

Наверное, так и есть, думал Тастейн. В противном случае, почему это существо могло оказаться здесь? И с какой еще стати Мандралиска стал бы с таким почтением говорить о королеве меняющих форму или же так вежливо именовать меняющих форму тем словом, каким они сами называют себя?

— Может быть, вас заинтересует небольшая демонстрация нашего шлема? — светским тоном спросил Мандралиска. Он протянул ладонь с устройством в сторону Тастейна. — Ну-ка, герцог Тастейн. Наденьте-ка эту сеточку на голову и покажите нашему другу, как она работает.