Шрифт:
«Если вас не затруднит».
Я делаю знак Бриггсу, моему заместителю, — давай на соседний телефон, проверь правильность сведений.
«Из Портленда уехали автобусом?»
«Нет. Добрался на машине до Бангора [9] , позавтракал там в ресторане, что рядом с муниципалитетом».
«Взяли машину напрокат?»
«Нет, сел в попутную».
«Короче, добирались с помощью автостопа?»
«Подвернулась оказия».
«А после Бангора?»
«Опять попутной. Машина, которая подвезла меня утром, — старый Понтиак», принадлежит канадцу из Нью-Брансуика [10] , номерной знак канадский, цвет темно-желтый».
9
Город в штате Мэн.
10
Провинция Канады.
— Номер спросил?
— Номер этой машины он забыл. Зато помнит номер той, что подвезла его под вечер.
— Запомнил тоже случайно?
— Да.
— Ты не сказал ему, что это странно?
— Сказал.
— Что он ответил?
— Что ему не внове разъезжать по стране и он привык принимать меры предосторожности.
— К тому, что его задерживают шерифы, он тоже привык?
— Возможно. Вторая машина, как он утверждает, высадила его, как раз когда начался снегопад, около пяти, на перекрестке, откуда виден весь город, — То есть у «Четырех ветров».
— Вез его черный «Шевроле», принадлежащий рыботорговцу-оптовику из Кале. Ее номер он назвал.
— Записал его, что ли?
— Запомнил. Бриггс позвонил туда, и полиция тут же дала справку. В полночь я позвонил рыботорговцу. Он, должно быть, с вечера надрался — еле языком ворочал.
«Не удивляюсь», — пробурчал он, захлопнув за собой дверь так, что в трубку было слышно.
«Чему вы не удивляетесь?»
«Тому, что он вами задержан. Я подвез его, чтоб было с кем поболтать по дороге. Два часа старался завязать разговор, но этот тип не дал себе труда ни слова сказать, ни кивнуть. Когда поднимались на холмы, окна запотели и я опустил стекло, а он его преспокойно поднял — дескать, боится сквозняков. Время от времени доставал из кармана новую сигарету и прикуривал от окурка, мне даже не предложил. На прощание не сказал ни „благодарю“, ни „до свидания“!
«Он сам показал, где его высадить?»
«Нет, только назвал город, куда едет; я не захотел делать крюк ради такого субчика и высадил его на перекрестке».
Бутылки заняли свои места на полках, Чарли пора было переодеваться.
— Я бился над ним до двух ночи. Принес даже бутылку и два стакана в надежде его умаслить и, по-моему, сам под конец набрался.
Словом, парень не желает сказать ни кто он, ни откуда и зачем приехал. Не возражает, когда ему дают понять, что Джастин Уорд — не настоящее его имя. Имеет при себе чуть ли не пять тысяч и едет не поездом, не автобусом, а на попутных машинах, как бродяга какой-нибудь.
В чемоданчике у него грязное белье, смена чистого, пара носков и домашние туфли. Я заговаривал с ним о том, о сем, но так и не выяснил, чем он занимается.
Руки у него белые и пухлые; судя по всему, работает он ими нечасто. Здоровье, должно быть, не совсем в порядке: время от времени он глотает пилюльку. Коробочку с ними таскает в жилетном кармане.
«Печень?» — шутливо осведомился я.
«Может, печень, а может, и другое».
В офисе стало жарко, и он расстегнул пиджак. Я словно невзначай взглянул на подкладку и заметил, что он отпорол марку фирмы.
Он прямо-таки читал мои мысли, вроде как шел за ними по пятам.
«Это ведь мое право, верно?»
«Бесспорно, но согласитесь, отпарывать марку со своей одежды как-то не принято».
«Бывает, что и отпарываешь».
В конце концов я уже не знал, что с ним делать. Мои люди отправились по домам. Поскольку во время убийства фермера неизвестный ехал с рыботорговцем на Бангор, у меня не было никаких оснований задерживать его: с таким типом неприятностей потом не оберешься.
«Уже поздно, — вздохнул он. — По вашей вине я остался без крыши на ночь: гостиницы, по-моему, уже закрыты. Словом, буду весьма обязан, если вы дадите мне здесь переночевать, а утром принять ванну».
И самое смешное: сконфуженный шериф не посмел предложить ему койку в одной из арестантских, а повел его наверх, к себе в квартиру. М-с Брукс встревожилась.
— Кто это?
— Не волнуйся. Один приятель.
— Какой приятель?
— Ты его не знаешь.
— И ты пускаешь в дом человека, которого я не знаю?
После смерти тещи у Бруксов освободилась комната.
Постели там не было, и Кеннету пришлось доставать из шкафа простыни, подушку, полотенца.
— Когда я проснулся, незнакомец уже мылся в ванной. Прайса он не убивал — вот все, что мне известно, Чарли. В остальном…
— Я убирал на улице снег, а он подошел и поздоровался.
— Ты позволишь? — спросил шериф, в третий раз берясь за бутылку бурбона [11] с таким видом, словно делает это машинально. — Пари держу, он вот-вот вернется.
— Не сомневаюсь.
— По-моему, тебе самое время переодеться, — крикнула Джулия из кухни. — Вы оба там разболтались, как старухи.
Шериф быстренько утер рот и счел за благо ретироваться.
— Начнет тебе докучать — сразу вызывай меня.
11
Сорт виски.