— Стептоу, — сказал он задумчиво. — По-моему, этот плут что-то знает.

— Он вам сказал что-нибудь? — поспешно спросила я.

— Ничего важного. Но у него были такие же масляные глазки, когда он заявил, что ничего не знает о моей Таньской вазе. Перекупщик, которому он ее продал, отказался опознать его. Думаю, они сговорились.

— Если Стептоу что-то знает, чего он надеется добиться своим молчанием? — спросила мама.

— Он ждет, чтобы мы заплатили ему за молчание, — ответила я.

Уэйлин отрицательно покачал головой:

— Я уже пытался предлагать ему деньги, но безуспешно. Если нам здесь ничего не удастся узнать, нужно будет установить за ним наблюдение.

— Почему бы вам не поместить объявление в «Танбридж Джорнал» с просьбой к друзьям леди Маргарет откликнуться и связаться с вами? У нее наверняка здесь были друзья, ведь она так часто сюда ездила.

— Отличная мысль! — воскликнул лорд Уэйлин.

Мама покраснела и довольно улыбнулась.

— А ее компаньонка, милорд? Она не могла ездить без компаньонки.

— У нее была некая миссис Ридл, она давно жила в нашей семье. Когда тетя умерла, она уехала домой, на север. Я написал ей перед отъездом из Парэма, но ответ вряд ли придет скоро. У меня нет ее адреса и я написал на имя Ангуса Макинтоша. Это сын лорда Макинтоша от первого брака, который унаследовал его родовое имение. А вы можете разыскивать камердинера мистера Макшейна, или его кучера, или…

Мама с досадой покачала головой:

— У Барри не было ни лакея, ни своей кареты. Он пользовался нашей, когда ездил с визитами к соседям, и когда она не нужна была нам самим, а путешествовал он всегда в дилижансе.

— Жаль. А у него были близкие друзья?

— Да, но не в Англии, — сказала мама. — Мы родом из Ирландии. Он уехал в Индию оттуда. Когда он переехал к нам в Гернфильд, то почти все время, сидел дома и никуда не ездил, только в Лондон.

— Или возможно, в Танбридж Уэллз, — заметила я. — Нужно узнать, не останавливался ли он в этой гостинице.

— Если он и жил здесь, то наверняка под другим именем. Я уже просмотрел их книги за пять лет, его фамилии там нет. Но здесь много других гостиниц. Нам нужно поспрашивать в каждой. Жаль, что у вас нет его портрета. Я привез с собой миниатюрный портрет леди Маргарет.

И он достал из кармана миниатюру из слоновой кости. Я не думала, что леди Маргарет была в молодости такой красавицей. Это была светловолосая леди с ласковым взглядом голубых глаз и очаровательной улыбкой.

— Вряд ли кто-нибудь узнает ее по этому портрету, — сказала я, передавая его мама.

— Не сразу, может быть, но старые друзья ее узнали бы, — возразил лорд Уэйлин.

— Ну конечно, я узнаю ее! — воскликнула мама. — Она была очень хороша в молодости. К сожалению, у меня нет ни одного портрета Барри, — тут она хлопнула себя по лбу и рассмеялась, — какие же мы с тобой глупые, Зоуи! Ты же рисовала дядю Барри десятки раз. У тебя сохранились эти наброски?

— Конечно, сохранились в одном из старых альбомов. Жаль, что я не догадалась захватить их с собой.

— Вы можете попросить, чтобы вам прислали этот альбом слуги, — предложил лорд Уэйлин.

— На это уйдет несколько дней, — проворчала мама. — Мы не собирались задерживаться здесь так долго. Да и вы спешите в Лондон.

Но лорд Уэйлин продолжал настаивать.

— Я не могу уехать, не разгадав эту загадку. И дело тут не только в ожерелье, хотя и на него не жалко потратить несколько дней. Самое главное, что меня мучает — это смутное предчувствие, что у тети Маргарет была какая-то тайна. Что, если нам задержаться здесь еще немного? Может быть, удастся найти деньги вашего брата, миссис Баррон.

— Или узнать, что он был отпетым прохвостом.

Лорд Уэйлин нашел эту шутку очень остроумной и стал рассыпаться в комплиментах мама. Он всячески льстил ей, говорил, что очень ценит ее помощь, и, в конце концов, добился ее согласия послать в Гернфильд за моим альбомом и продолжить поиски в Танбридже.

Мы уже выпили две бутылки шампанского и отяжелели после обильного обеда.

— Я чувствую себя, как Страсбургская гусыня, — простонала мама. — Если я смогу подняться по лестнице в свой номер, то сразу рухну в постель.

— Только после того, как вы напишете в Гернфильд, чтобы прислали портрет вашего брата, — лорд Уэйлин шутливо погрозил пальцем. — Хотя, зачем нам тратить время на письма? Я могу нанять скаковую лошадь и послать одного из моих лакеев в Гернфильд прямо сейчас.

— Но ему придется ехать всю ночь! — воскликнула мама.

— Всего каких-нибудь пятьдесят миль. На хорошей лошади он будет там через два-три часа. Пожалуйста, напишите сейчас записку, мадам, а я тем временем позабочусь о лошади и отдам своему лакею нужные распоряжения.