Где она, кстати, и Лика где?
– Поинтересовался Базель.

Проспали, наверное, - беспечно бросил Сашка.

Она тут навсегда не застрянет? Нам ведь домой скоро, - напомнил младший брат.

Успеет!
– Махнул рукой старший.
– Слушай!

Я собираюсь сегодня объявить о помолвке моей сестры Анны и Юргена, будущего барона фон Энке, - сообщал в этот момент ювелир вдове.

Та моментально вытащила платок и приложила к лицу.

Анна уже вытерла слезы, так что фрау Миллер заплакала с полным правом на своею очередь.

А вон и Мария бежит по дороге. И девочка. И собачка с ними, смешная, беленькая, - задумчиво глядя в окно сказал Ференцу Генрих.

Ференц посмотрел в указанном направлении.

Мария, Лика и щенок белого пуделя весело играли на дороге, ведущей к дому.

Вдруг из рощи на полном ходу вылетела карета, распахнулась дверца, человек в черной маске быстро схватил худенькую, хрупкую Марию, которая в последнее мгновение уцепилась за пуделя. Похититель втащил обоих вовнутрь, крикнул кучеру и карета понеслась прочь.

Лика отлетела в канаву, теряя по пути домашние тапочки. Она переобулась перед возвращением.

Это Карл!
– Закричал Генрих, - Я узнал Бровастого, он на козлах. Этих лошадей сегодня ночью им продал Петер. Где у вас лошади, Бригитта?

У нас только один конь - Гнедой господина Шварца. Конюшня за домом, воскликнула хозяйка.

Генрих не теряя времени быстро выпрыгнул в окно, и через секунду пронесся мимо дома верхом, без седла, одной рукой держась за гриву коня. В другой он сжимал очень длинный кнут.

Ой, что будет!
– Взвыл испуганный Сашка, хватая Ференца за локоть и наблюдая за тем, как Михель помогает Лике вылезать из канавы.
– Он его удушит!

Кто кого?
– Спокойно, не обращаяя внимание на крики и слезы женщин, спросил Ференц.

Как кто кого?
– Удивился Сашка.
– Генрих Карла.

Ты опять за свое? Откуда такая кровожадность у человека близко знакомого с ангелом! Генрих кнутом ударит кучера, скинет его с кареты и развернет лошадей назад.

Произойдет все это очень быстро, потому что легкий, мускулистый Генрих скачет на Гнедом куда скорее, чем тащится по разбитой дороге тяжелая карета.

И все равно без крови такая погоня не обойдется, - упрямо сказал Сашка.

– Не волнуйтесь, господин Шварц, - Ференц оставил без ответа кровожадную реплику, - Карл похител вашу дочь, так как считал, что она невеста Юргена, надеялся поторговаться. Это признак паники и осознание поражения. Он должен был сообразить, что нас слишком много и мы не позволим ему и дальше творить зло. Карл труслив и не посмеет сделать Марии что-то дурное. Разве что она испачкала платье о край кареты. Но это пустяки, к тому же она девушка не из пугливых и, конечно, понимает, что мы её не оставим в беде. Да и дальше городской заставы карета вряд ли доедет - у неё плохо держится правое заднее колесо.

То, что говорил конюх, соответствовало истине. Мария действительно была храброй девушкой. Петер продал Карлу не новый экипаж, а старую развалину, дорогу размыло дождем, и Гнедой летел стрелой. Из окон столовой это было хорошо видно - дом стоял на возвышенности.

– У Генриха теперь есть прекрасная возможность вернуть вам долг, дорогой брат, - Анна напряженно сжимала в пальцах платок, но на сей раз не плакала.

Смотрите, смотрите, - закричал Базель, - ещё карета! Может это их сообщники?

Из придорожной рощи действительно вывернулась вторая карета, и метров на сто впереди первой встала поперек дороги.

Тут уже всполошился Ференц. Он хотел было последовать за Генрихом в окно, с тем, чтобы добежать до дома ювелира, взять лошадь и тоже пуститься в погоню, но Бригитта удержала его.

Не стоит спешить, дорогой. Это карета Бруно, я думаю он специально поджидал Карла, хотя и не знал, что тот похитит его бывшую невесту. У Бруно и Карла ещё не закончились расчеты по бриллиантам. Бруно не простил слуге мешочек с дешевыми самоцветами

О, если так, то мы сейчас увидим немало интересного, - согласился конюх.

И в самом деле зрелище оказалось куда какое любопытное.

Не доехав до кареты бывшего бургомистра похитители притормозили. Расстояние между ними и всадником стало быстро уменьшаться.

Вдруг дверца разбитого экипажа распахнулась и Карл, отмахиваясь окровавленными руками выскочил на дорогу. Карета замерла. Кучер начал спешно рубить поводья, выпрягая лошадей, а Карл попытался проникнуть обратно, но вновь отпрянул и бросился к первой освобожденной от упряжи лошади.