Руслан, испытывая смущение - все-таки, столько знатных воинов, и все на него смотрят, кто одобрительно, кто ревниво; оценивают, что еще за герой новый выискался.

– Да ты меду хлебни, сразу полегчает!
– усмехнулся Ратьгой.

Руслан отпил из тут же протянутого ему кубка, усмехнулся, выпил до дна. Закусил цыпленком. Богатыри загудели одобрительно, кто-то похлопал Руслана по плечу.

– А теперь рассказывай!
– послышались выкрики.

И Руслан принялся подробно рассказывать, что с ним приключилось с тех пор, как очнулся он с похмелья под столом в Серебряной палате и поехал в Черный лес развеяться; и до боя с полуденницами посреди степи. Иногда очень хотелось по старой привычке прихвастнуть, мол, и верхом на змее катался, и с морским царем мед-пиво вот так же пил; но рядом друзья, они сейчас-то промолчат, да потом укорят.

Молчан сосредоточенно расправлялся с рябчиком, когда вдруг сзади надвинулось что-то очень большое, в ноздри ударил крепкий звериный дух.

– Это ты тот волхв, что с Русланом на Черноморда ходил?
– послышался рык.

– Я...
– Молчан обернулся. Перед ним стоял Белоян. Страшен, не приведи боги во сне увидеть, медвежья харя угрожающе оскалена.

– Пойдем на крыльцо, разговор есть.

Они вышли на крыльцо: Белоян впереди, Молчан, на непослушных ногах, за ним. Он чувствовал себя так же неловко, как Руслан перед князем несколькими часами раньше.

– Я следил за тобой, - прорычал верховный волхв.
– видел почти все, что ты творил. Молодец, ничего не скажешь. Способный ты парень, Любомудр мог бы гордиться. Но только ты бы все ж колдовал поменьше, а? У нас сейчас, хвала богам, не Начало Времен, когда все можно было, сейчас магия может сильно навредить миру. Думаешь, просто так волхвы от нее отказываются? То-то, брат. Ну, да ты еще молод, сам поймешь. А пока все-таки старайся обходиться своими силами. Колдуй пореже. Понял?

– Понял...
– кивнул Молчан.

– Вот и добро. Ну, чего нос повесил?

– Я только начал постигать основы старой магии...

– Ну, и дальше постигай, кто мешает?
– не понял Белоян.
– Только воплощать свои новые умения не торопись, и все будет путем... К тому же, на магии свет клином не сошелся, и это ты тоже поймешь. Ну, ступай, пируй дальше. Небось, потом в лес навострился?

– Да...

– Ну и ладно. Только учти, если ты мне понадобишься - под землей найду. В лихой час каждый хороший колдун на счету! Ступай.

Молчан вернулся на свое место и снова рассеянно принялся за давно остывшего рябчика.

Тем временем к Рыбьему Сыну обратился сидящий рядом Фарлаф:

– Здрав будь, добрый молодец! Меня Фарлафом звать. А тебя как кличут?

– Рыбий Сын.
– представился словенин.

– Ничего себе имечко!
– уважительно кивнул здоровяк.
– А ведомо ли тебе, Рыбий Сын, что все, кто здесь собрался - богатыри?

– Ведомо.
– кивнул Рыбий Сын, принимаясь за поросячью ножку.
– Я и сам богатырь...

– Ты?
– усомнился Фарлаф.
– Что-то не похож. А в Киев зачем пришел, богатырь?

– Хочу предложить свой меч земле Русской.

– Ого! А возьмет ли тебя князь?

– Кто знает?
– пожал плечами Рыбий Сын.
– Почему бы ему меня не взять? Я же не немощный какой... К тому же говорят, что под лежачий камень вода не потечет...

– Знаешь, если ты меня сможешь на кулаках победить, я, пожалуй, замолвлю за тебя словечко перед князем. Нам нужны сильные, умелые воины!

– Это что, вызов?
– нахмурился Рыбий Сын.

– Ну, это не то чтобы вызов, а так, потехи ради. До первой крови. Меня, скажу честно, бывало, побеждали некоторые. Тот же Илья Жидовин, к примеру. Но остальных-то я сам драться учил! А если я тебя одним мизинцем по уши в землю вобью, то ты и князю совсем неинтересен будешь. Так что, будем силу пытать?

– Когда?

– А хоть сейчас. Во дворе.

– Тогда пошли, чего коня за хвост тянуть?
– Рыбий Сын спокойно встал из-за стола, направился к двери. Фарлаф грузно топал за ним по пятам.

– Рыбий сын, ты куда?
– окликнул друга Молчан. Руслан продолжал рассказывать. Как раз сейчас он добрался до боя с нечистью, когда побежден был страшный Вий и наконец-то прекратил посмертное существование Гуннар-Варяжонок.

– С Фарлафом силой мериться.
– ответил словенин.
– Подожди здесь, мы скоро вернемся.

Еще несколько человек поспешно покидали свои места за столом, чтобы посмотреть на противоборство Фарлафа и незнакомца.

Во дворе давно была утоптана площадка, где выясняли отношения когда потехи ради, а когда и по смертельному оскорблению. Фарлаф потянулся, поиграл мышцами.