Не успела она сделать шага, как Джесси поймал ее, рванул обратно, перебросив через себя, так что ее ноги ударились о стену. Непомерный вес обрушился на мисс Абигейл. В следующее мгновение она была уверена, что сейчас умрет, поясница ужасно болела, и когда мисс Абигейл потянулась, чтобы помассировать ее и избавиться от боли, Джесси быстро схватил одну ее руку, а другую, в которой мисс Абигейл еще крепко держала револьвер, завел ей за голову и прижал к матрасу.

– Ладно, леди, вы хотели поползать у моей кровати, мы доставим вам такое удовольствие! – прорычал Джесси. – Дай мне этот чертов револьвер! Немедленно!

Джесси вдавил запястье мисс Абигейл в матрас, пытаясь вырвать револьвер из ее пальцев. Но бесполезно, она держала его мертвой хваткой. Боль в груди мисс Абигейл переросла в удушье, в груди что-то бешено колотилось, клокотало, она тщетно пыталась поймать хоть немного воздуха. Джесси стукнул кулаком по ее запястью и налег на нее, еще больше сдавив грудь. Глаза мисс Абигейл едва не выскакивали из орбит.

– Отдайте мне револьвер, глупая женщина! Неужели вы думаете, я такой дурак, что позволю вам смотаться с ним?

Абигейл не могла ни вздохнуть, ни охнуть, ни объяснить, что ей плохо, ужас наполнял ее. И именно в тот момент, когда она совсем уверилась, что умирает, из ее горла донеслось клокотание, и рука ослабела, отпустив револьвер. Джесси услышал шипение и хрип, когда она попыталась вздохнуть. Потом внезапно ее колени подтянулись к подбородку.

Джесси отпустил ее и воскликнул:

– О Боже, Эбби!

Она свернулась калачиком, наполовину плача, наполовину хрипя, и каталась с бока на бок, обхватив колени руками. Джесси попытался ее распрямить, чтобы она могла вздохнуть, но она не отпускала рук.

В конце концов он бросил ее на живот, словно тряпичную куклу, револьвер отлетел к стене, потом грохнулся об пол в углу за кроватью. Лоб мисс Абигейл теперь вжался в матрас, она пыталась встать на четвереньки и вздохнуть. Джесси схватил ее своими гигантскими руками за бедра, перевернул:

– Я не хотел...

Ее дыхание по-прежнему оставалось хриплым и неровным. Она почувствовала, что ее копчик уперся во что-то теплое.

– Эбби, как вы?

Большим пальцем руки он нажал на синяк от удара его о берцовую кость, и мисс Абигейл вдыхая, хрипя, крича– все сразу– попыталась освободиться.

– Пустите меня...

Голос еще не вернулся к ней, и Джесси продолжал держать ее, прижав к себе.

– Не пытайтесь говорить, – приказал он. – Сперва отдышитесь.

Наконец это произошло – благословенные, чистые, гигантские массы воздуха хлынули в ее легкие и придали ей сил.

– Отпусти... меня... вниз, – смогла выговорить она. Джесси отпустил ее, и она опустилась на пол. Перевернувшись, она увидела, что Джесси присел рядом.

– Болит? – спросил он, и она почувствовала, как его рука потирает ее поясницу, а она лежала, обмякшая, дышащая с большим трудом, и ждала, когда боль в готовом разорваться сердце пойдет на убыль.

– Убери... свои... грязные... руки... от... меня... – прохрипела она между глотками воздуха.

– Вы сами виноваты, – сказал Джесси, растирая ей поясницу. – Что вы собирались сделать, застрелить меня?

– Ничего не обрадовало бы меня больше, – выдохнула она.

– Вы не отпираетесь, – сказал он и пробежал своими длинными, тонкими пальцами – одним сильным движением – по позвоночнику до копчика. Она вскочила словно кролик и сделала отчаянный прыжок к углу кровати, куда упал револьвер, но со всей силой ударилась головой об стену. Пружины заскрипели, Джесси схватил мисс Абигейл за ноги и потащил обратно, так что она так и не успела дотянуться до револьвера, а ночная рубашка задралась вверх. Мисс Абигейл снова сделала попытку заполучить оружие, но Джесси прижал ее своим телом к кровати и легко достал одной рукой револьвер с пола. Потом Джесси оседлал мисс Абигейл как ковбой дикую лошадь, прижав ее руки своими коленями к туловищу.

Он уже тоже задыхался и скрежетал зубами, прижав руку к пульсирующей болью ране. Он вдруг почувствовал ярость из-за боли.

– Ладно, мисс ваше всемогущество, значит, вы захотели поиграть в револьвер? Хорошо, поиграем.

Сквозь звон в ушах она услышала его прерывистое дыхание. Потом он отпустил ее, и возле уха послышался щелчок револьвера.

– Переворачивайтесь, – приказал Джесси. Мисс Абигейл попыталась поправить свою ночную рубашку, но стоило ей потащить ее вниз, как ствол револьвера уперся ей в спину.

– Переворачивайтесь, – повторил Джесси, уверенно и громко на этот раз, и подтолкнул ее дулом.

Мисс Абигейл со страхом перевернулась, прижавшись к стене.

– Почему каждый раз, как я просыпаюсь, вы оказываетесь в моей постели? – спрашивал он.

Она обхватила голову, которая просто раскалывалась от боли, руками и закрыла глаза, а елейный голос Джесси продолжал:

– Вы для этого и взяли меня в свой дом, Эбби? Значит вы хотите забраться в постель к головорезу? Почему вы просто не сказали, а притворялись благовоспитанной сестрой? Сестра... Ха! Позвольте перечислить все ваши деяния, чтобы точно знать, за что надо с вами посчитаться. Сперва вы сбрили мои усы без всякой на то причины. Вы заставляли меня испытывать нужду, пока я не подумал, что мой мочевой пузырь лопнет. Потом вы бросили в меня судно. Засовывали ветки в горло, так что я практически не мог есть, потом, как вы выражались – для моего же блага, пытались уморить меня голодом. В следующем случае вы решили отравить Меня печенкой. Вы принесли мне сырой мочевой пузырь поросенка, в то время как я умолял о настоящей еде. А теперь– последнее, но самое страшное – вы хотели застрелить меня.