— Вы от?.. — Она запнулась.

— Филли, — быстро вставил я, надеясь, что ответил удачно. Видимо, я сказал что-то для нее значащее, так как девушка указала мне на дверь, находившуюся за столом, в дальнем углу прихожей.

Девушка нажала кнопку где-то под столешницей. Мне пришлось немного подождать у двери, пока я не услышал зуммер и щелчок замка.

В комнате, где я оказался, находилось двадцать семь человек, я быстро и тщательно всех пересчитал. Все они были очень заняты. Несколько человек, стоя вокруг стола, делали подборку из газетных и журнальных вырезок. В углу комнаты была расположена фотоаппаратура, с помощью которой фотограф снимал эти подборки, разложенные на столе, тут же получая микрофильм. Около карты, висевшей на стене, о чем-то тихо говорила небольшая группа людей, но я не мог расслышать, о чем именно.

Тут я увидел второго парня в армейской куртке. Он держался около человека в пальто, который, видимо, был боссом, проверяющим, как здесь идут дела. Перемещаясь от группы к группе, он делал замечания одним, подбадривал других и хвалил третьих.

Я пробыл в комнате не менее пяти минут, прежде чем люди стали замечать меня. Сначала это были случайные взгляды, затем более пристальные. Но стоило мне посмотреть в сторону смотрящего, как он тут же опускал глаза. Человек в пальто нервно поджал губы и улыбнулся мне.

Я уселся за стол, положил ногу на ногу и закурил, выпуская длинные струи дыма. Курил и наблюдал, стараясь понять, чем они здесь все занимаются. Некоторые из присутствующих были похожи на типичных коммунистов с карикатур. Пока я сидел, вошли еще несколько молодых людей и присоединились к работающим группам, словно только вчера они оставили здесь незавершенную работу. Вскоре и они стали поглядывать на меня, но как только я встречался с ними взглядом, поспешно опускали глаза. Это становилось похожим на игру. И еще я заметил, что тот человек, за работой которого я наблюдал, замечая это, тут же принимал напыщенно-важный вид. Взглядом я перебрал всех и наконец остановился на человеке в пальто, главном здесь, его слово было законом для остальных. Двадцать минут двенадцатого он начал обходить работающие группы, показывая им самое важное из сделанного или подводя какой-то итог.

В конце концов он подошел ко мне, какую-то долю секунды поколебался, затем прошел мимо к следующей группе. Я, как бы подыгрывая ему, тоже направился к одному из столов и уселся на его край, взяв один из лежавших на нем листков. Крашеная блондинка, сидящая за столом, не могла справиться с дрожью в руках.

Тогда я понял, в чем дело. Я читал программу действий на неделю, написанную в форме указаний. Я находился в центре связи с Москвой. Так просто попал в самое сердце и читал один за одним листки указаний. Прочитав, я вернулся на свое место и улыбнулся. И тут же все заулыбались. Парень в армейской куртке с пистолетом под мышкой подошел ко мне и поинтересовался:

— Кофе не желаете? — Он говорил с легким акцентом, но я не уловил, с каким именно.

Я улыбнулся в ответ на его предложение, и он пригласил следовать за ним. За фотоаппаратурой в углу комнаты была дверь, которую я сначала не заметил.

Она вела в небольшой конференц-зал со столом, шестью стульями и объемистой кофеваркой. Когда дверь за мной закрылась, нас в комнате оказалось семь человек, включая двух дам. Парень в куртке достал с полки поднос с чашками и поставил на стол. Во мне боролись два чувства: хотелось рассмеяться или врезать кому-нибудь по физиономии, настолько все были скованны и серьезны для вечернего кофе после рабочего дня.

Чтобы не рассмеяться, я закурил еще одну сигарету “Лаки Страйк”, в то время как все выстроились с чашками в очередь к кофеварке. Я упустил момент и оказался в конце очереди, но это было кстати, так как позволило мне немного успокоиться.

Все исподтишка наблюдали за мной, сдержанно переговариваясь, довольные тем, что я молчу. Было видно, что черный кофе не всем нравится. Они не привыкли к его горьковатому вкусу, но тем не менее пили, стреляя взглядами в мою сторону.

Как мне держаться с ними дальше? Принимают ли они всех людей за таких же дураков, как сами? Когда я наполнил свою чашку кофе, парень в армейской куртке уже стоял за мной. Все, кроме него, затаили дыхание, он же шумно дышал мне в шею. Я положил в кофе побольше сахара и налил молока по своему вкусу. Повернувшись, я поднял чашку и с удовольствием попробовал кофе. Тут же все оживились, и комната наполнилась шумом. Обе женщины подошли, тоже положили сахар и долили молока. Парень в армейской куртке счастливо улыбнулся.

— Очень хорошо, товарищ, что вы здесь, среди нас. К сожалению, мы не имеем возможности быть в надлежащей степени внимательны к вам.

— Конечно, — произнес я свое первое слово. Реакция была такой, словно я сказал что-то магическое.

Человек в пальто тут же подошел ко мне и протянул руку для рукопожатия.

— Я Генри Глэдоу, вы знаете. Разумеется, вы знаете. — Он нервно покашливал и был крайне возбужден. — Мы ожидали вашего прибытия, но не так быстро. Конечно, мы понимаем, что партия работает оперативно, но это почти сказочно. Вы появились с невероятной быстротой. Только сегодня вечером я получил информацию от нашего связного о вашем прибытии. Невероятно.

Так вот почему он был с вооруженными телохранителями. Мой новый приятель получал от кого-то инструкции на площади. Вот почему парни в армейских куртках блокировали солдата на случай, если это помешает передать сообщение.

— ..Рад, что вы проверяете нашу базу, товарищ. — Я оторвался от размышлений и стал вежливо слушать. — Редко выпадает такая честь. Фактически это первый случай. — Он повернулся ко все еще улыбающемуся парню. — Это мой... э-э... партнер по путешествиям, Мартин Ромберг. Очень способный человек. А это мой секретарь, — он указал на девушку в очках с толстыми линзами, которой не было еще и двадцати лет, — Марта Камисоле.