Шрифт:
Ученику не везло. Перо его не слушалось. То и дело с острого кончика срывались капли на бумагу. Последний раз упала очень большая, растекаясь, она побежала по клеткам.
Хосейка с трудом остановил каплю. Лист в тетради был испорчен. Надо было переписывать условие задачи. Задумавшись, мальчик провел две черточки. Круглая капля стала головой с ушами, а вытянутая - туловищем. Осталось дорисовать хвост, и в тетради появился бы черный лисенок.
– Замарайка!
– сказал Хосейка и улыбнулся. С увлечением отдался работе. Хвост удался ему на славу. В меру пышный и прямой. Мальчик с удовольствием любовался работой. Вспомнил свою охоту, встречу с черным лисенком. Свой бег через болото, когда мчался к черной гагаре. Поступил он правильно, что отдал убитую птицу лисенку. Мать сказала: охотник должен быть добрым. "Интересно, где сейчас бегает черный лисенок? подумал Хосейка и мечтательно подпер голову рукой.
– Замарайка! Самый настоящий Замарайка с рыжими пятнами". Хосейка тяжело вздохнул и снова посмотрел на мать.
Старая Хороля занималась своими делами и не думала ничего рассказывать.
"Надо сбегать в тундру, - подумал Хосейка.
– Поищу Замарайку!" Тяжело вздохнул. Неприязненно посмотрел на лежавшую перед ним тетрадь. Надо переписывать условие задачи, а то Мария Ивановна будет его ругать и называть грязнулей. А потом за него примется Нярвей.
– Со станции вышел поезд!
– начал читать Хосейка задачу, внимательно прислушиваясь к словам.
– Вышел и паровоз со станции.
Надоели ему паровозы и пароходы. Другое дело, если бы в тундру прилетел самолет или вертолет. Неплохо бы прокатиться на олешках. Запрячь большой аргиш! Не будет решать задачу с паровозом. Пусть он скачет галопом к станции, ему все равно. Нет ему никакого дела, добежит паровоз до станции или опоздает.
Хосейка принялся листать задачник, сосредоточенно переворачивая одну страничку за другой. Он хотел отыскать задачу, где надо было узнать, кто быстрее всех бегает: олешки, лисицы или песцы. Но такие задачи не попадались. А ему хотелось узнать и о птицах - белых совах, утках, гусях, канюках, кто выше всех подымается к белым облакам.
"Охотник должен быть добрым!" - вспомнил он слова матери. А что, если рассказать ей, что он отдал черную гагару голодному лисенку? Мать должна похвалить. Он не пожалел свою первую добычу. Мать зря его ругала. Говорила, что у него худая башка. Может быть, башка у него в самом деле худая, но неплохая. Поступил он правильно. Накормил голодного глупого лисенка. Накормил Замарайку. Но сам пострадал. Никому не доказал, что он настоящий охотник, что убил черную гагару. Ребята в стойбище не узнали о его удаче!
Хосейка выжидающе уставился на мать. Она должна рассказать, что знала о Замарайке. Почему она молчала до сих пор?
Старая Хороля подбирала белые и темные кусочки меха для украшения паницы. Каждый кусочек шкурки она продувала, разглаживала волоски, прежде чем отрезать. Занятая работой, мать не обращала внимания на сына.
Хосейка громко кашлянул, чтобы привлечь к себе внимание.
– Есть хочешь?
– спросила мать и повернулась.
– Нет еще.
– Тогда давай чай пить.
Мать подсела к костру. Маленькой палочкой, что-то бормоча себе под нос, начала подкатывать красные угольки под чайник.
Хосейка неотрывно смотрел на мать и нетерпеливо ждал ее рассказа.
Старая Хороля успела обложить круглые бока чайника маленькими палочками. Красные языки огня быстро разделались с палочками. Чайник начал фыркать, зазвенел крышкой. Из носика повалил пар.
Хосейка с удивлением посмотрел на раскрытый учебник. Он давно забыл, зачем положил его перед собой. Какую задачу задала на дом Мария Ивановна?
Красный кружок в упор смотрел на него со страницы задачника, как глаз зайца. Мария Ивановна карандашом обвела номер задачи, чтобы он помнил.
– Со станции вышел поезд!
– громко прочитал Хосейка и захлопнул нетерпеливо учебник. Не будет он думать о паровозе! Не будет решать!
Чайник кипел. Сильно хлопала крышка. Из носика выплескивался кипяток.
– Садись пить!
– сказала мать, отодвигая кусочки меха.
– Если б я принес гуся, ты бы обрадовалась?
– спросил неожиданно Хосейка.
– Давно не пробовала сладкого мяса!
– мать не смогла подавить свой вздох.
– А если бы я убил черную гагару?
– испытующе спросил мальчик.
– Ты была бы рада?
– У гагары мясо пахнет рыбой... но оно тоже сладкое!
– улыбнулась мать и посмотрела на сына.
– Тебе пора, давно пора убить гуся или гагару. Я должна поверить, что ты будешь охотником!
Хосейка хитро улыбнулся. Засверкали черные глаза в узких щелках.
– Слушай песню.
Тынзей догоняет быстроногого оленя,
А звонкая пуля птицу.
На лету убил я гагару,
Могу веселиться.
Тынзей догоняет быстроногого оленя,
А звонкая пуля птицу.
У меня остался один патрон,
Сберегу я его для лисицы.
На лету убил я гагару,
На бегу убью я и лисицу!
Мать молча выслушала песню.
– Скоро я попробую гагару! Давно я не ела сладкого мяса.
– Хороля перекусила зубами оленью жилку, ею она сшивала кусочки меха.
– Я тебе налью!
Мать подошла к столику. Сдвинула на край учебник и тетради. Со страхом посмотрела на чернильницу. Чуть дотронулась до невыливайки, чернильница упала и покатилась по шкурам.