Снова зазвонил телефон, на этот раз из кармана на заду.

– Пуллен слушает! Что? Да, я знаю, что его дом не слишком хорошо выглядит, но адрес правильный. Да, сейчас мы вам откроем.
– Ревел сунул телефон в карман и повернулся к Тагу.
– Пойди открой дверь, а я еще раз проверю, что нашего кулера с Уршляймом не видно.

Почти тут же зазвонил дверной звонок. Таг открыл женщине в синих джинсах, кроссовках и бесформенном джерсовом свитере. Она засовывала сотовый телефон в нейлоновую сумочку.

– Здравствуйте, вы доктор Мезолья?

– Да, я Таг Мезолья.

– Эдна Сидни, фирма "Эдна Сидни и партнеры".

Таг пожал грациозную руку Эдны с синеватыми костяшками пальцев. У Эдны был острый подбородок, выпирающий большой лоб и выражение необычайного, почти сверхъестественного интеллекта в темных пуговках глаз.

Поверх чуть тронутых сединой каштановых волос сидела аккуратная шапочка. Как будто электронный эльф выпрыгнул целиком из мозга Томаса Эдисона.

Пока она здоровалась с Ревелом, Таг вытащил из бумажника визитную карточку и всунул ей в руку. Эдна Сидни отпарировала карточкой из своей сумки, с адресами в Вашингтоне, Праге и Чикаго.

– Не хотите выпить?
– бормотал Таг.
– Таблетку? Водички ананасно-манговой?

Эдна Сидни попросила джолт-колу, потом аккуратно направила обоих мужчин в медузную. Таг пустился в пространные объяснения, размахивая руками, а она внимательно слушала.

А Тага подхватило вдохновение. Слова перли из него, как Уршляйм из бака. Никогда раньше ему не попадался человек, который мог бы понять его быстрый-быстрый лепет на техническом жаргоне. Но Эдна Сидни не только понимала его сбивчивую речь, но иногда притопывала ножкой и один раз вежливо подавила зевок.

– Несколько видов искусственной жизни мне приходилось встречать, признала Эдна, когда поток вербальной эктоплазмы Тага стал иссякать.
– Всех тех ребят из Санта-Фе я знала до того, как они обрушили фьючерсную биржу и попали в Ливенвортскую тюрьму. И я бы не советовала выходить на программный рынок с новыми генетическими алгоритмами. Вас же не прельщает судьба Билла Гейтса?

Ревел фыркнул:

– Гейтса? Да я такого бы злейшему врагу не пожелал.

Подумать только, этого задохлика сравнивали с Рокфеллером! Рокфеллер, черт побери, был нефтяником, целая семья была Рокфеллеров. Да будь Гейтс того же класса, сейчас бы по всем штатам было полно детишек по имени Гейтс.

– Я не собираюсь выпускать на рынок алгоритмы, - сказал Таг консультанту.
– Это будет коммерческая тайна, а продавать я собираюсь самих медуз-симулякров. "Ктенофора инк." - это производственное, главным образом, предприятие.

– А угроза обратного инжиниринга?
– спросила Эдна.
– Если кто-то по медузам восстановит ваши алгоритмы?

– У нас фора в восемнадцать месяцев, - хвастливо заявил Ревел.
– В таких делах она стоит восемнадцати лет в иной области! К тому же у нас будут ингредиенты, которые чертовски тяжело будет скопировать.

– В области создания искусственных медуз мало было, так сказать, непрерывных исследований, - поддержал Таг.
– У нас будет колоссальное преимущество в опытно-конструкторских работах.

Эдна поджала губы:

– Так, этот вопрос подводит нас к маркетингу. Как вы собираетесь распространять и рекламировать свои изделия?

– Насчет рекламы мы обратимся к "КОМДЕКС", "Искусственной жизни", "Биоярмарке", "МОНДО-3000", - заверил ее Ревел.
– И вот что еще: мы сможем поставлять медуз по пулленовским нефтепроводам в любую точку Северной Америки без затрат! Вот что значит простота распространения и правильное использование готовой инфраструктуры!

Получить наших медуз будет так же просто, как загрузить программу из Интернета!

– Звучит действительно новаторски, - согласилась Эдна.
– Так, теперь давайте к сути дела: какое будет коронное применение этих робомедуз?

Таг и Ревел переглянулись, - Наше конкретное применение весьма конфиденциально, - опасливо произнес Таг.

– Может, ты нам предложишь парочку применений, Эдна?
– спросил Ревел, складывая руки на груди своего непробиваемого комбинезона.
– Давай отрабатывай свои двадцать тысяч баксов в час.

– Гм-м, - сказала Эдна. Лоб ее нахмурился, она села на подлокотник кресла возле экрана, глаза ее устремились вдаль.
– Медуза. Промышленная медуза...

На глубоко задумавшемся лице Эдны Сидни играл зеленоватый переливающийся свет аквариумов. Медузы продолжали свои молчаливые, вечные пульсации, волны мышечных сокращений гуляли по их телам от центра к краю колокола.

– Применение в домашнем хозяйстве, - сказала Эдна через минуту. Заполнить их щелоком и смывкой и запускать в раковины и трубы. Пусть устраняют засоры.