— Я готовлю то, что нравится доктору, — говорила экономка, ставя перед Мел очередную тарелку с кислой капустой, а спустя еще месяц она оказалась в больнице с кровотечением и судорогами, и ее врач-акушер печально посмотрел на нее.

— Если вы не будете вести более размеренный образ жизни, то потеряете ребенка. Мел.

Ее жизнь в эти дни стала настоящим сражением.

— Я не думаю, что это тронет кого-нибудь, — ответила печально Мел со слезами на глазах.

— А вас?

Она кивнула, усталая, печальная.

— Тогда лучше скажите окружающим, чтобы они угомонились На следующий день Питер пришел навестить ее со скорбным видом.

— Ты действительно не хочешь этого ребенка, Мел?

— Неужели ты думаешь, что я пытаюсь избавиться от него?

— Так говорит Пам. Она сказала, что на прошлой неделе ты ездила верхом.

— Что?! Ты сошел с ума? Неужели ты думаешь, что я бы сделала это?

— Не знаю. Я понимаю, что это мешает твоей работе, или ты считаешь, что помешает в будущем. — Она с недоверием уставилась на него, встала с кровати и собрала свои сумки. — Куда ты?

Она обернулась и посмотрела на него.

— Домой. Отшлепать твою дочь по заднице.

— Мел, послушай, пожалуйста.

Но она выписалась из больницы и поехала домой, забралась в постель, несмотря на все извинения Питера, а днем спустилась вниз и приказала миссис Хан приготовить на ужин цыпленка с рисом, что-нибудь, что она могла бы для разнообразия съесть, и пролежала весь день, ожидая, когда все дети вернутся домой.

К шести часам все собрались и удивились, что она уже дома. А когда они спустились на ужин, она ждала их за столом с пылающим взором.

— Добрый вечер, Пам — Мел начала с нее. — Как прошел день?

— Нормально. — Она попыталась принять самоуверенный вид, но то и дело нервно поглядывала на Мел.

— Как я понимаю, ты сказала своему отцу, что на прошлой неделе я ездила кататься верхом. Это правда? — В комнате воцарилась мертвая тишина. — Я спрашиваю, это правда?

Она тихо произнесла:

— Нет.

— Я не слышу тебя, Пам.

— Нет! — закричала она, и Питер коснулся руки жены.

— Мел, пожалуйста, не расстраивай себя…

Мел посмотрела ему прямо в глаза.

— Мы должны все выяснить. Ты слышал, что она сказала?

— Да.

Мел снова повернулась к Пам:

— Почему ты сказала не правду своему отцу? Ты хотела, чтобы мы поссорились? — Пам пожала плечами. — Почему, Пам? — Она протянула руку и коснулась руки девочки. — Потому что я жду ребенка?

Разве это так ужасно, что ты хочешь наказать меня?

Знаешь, вот что я тебе скажу Независимо от того, сколько у нас детей, мы все равно будем любить тебя. — Мел увидела, как на глазах у Пам наворачиваются слезы, в то время как Питер продолжал держать ее за руку — Но если ты не прекратишь безобразия, которые вытворяешь с того момента, как я приехала сюда, я вышвырну тебя под зад отсюда на другую сторону города.

Пам улыбнулась сквозь слезы и посмотрела на Мел.

— Вы действительно это сделаете? — почти радостно спросила она. Это указывало на то, что они все еще любят ее.

— Да.

Затем Мел перевела взгляд на остальных, сидевших за столом.

— Это касается и вас. — Она посмотрела на Мэта и сказала более мягким тоном:

— Ты всегда будешь нашим малышом, Мэт. Этот ребенок никогда не займет твое место. — Но он, казалось, не поверил ей. Потом она повернулась к двойняшкам:

— И вы двое. — Она многозначительно посмотрела на Вал:

— Я вовсе не планировала, чтобы подобное стечение обстоятельств причинило тебе боль, Вал. Я не могла знать, что подобное еще когда-либо случится со мной, как и ты не думала, что такое произойдет с тобой. Вы обе отнеслись ко мне бесчувственно, и это отвратительно с вашей стороны. — Затем она повернулась к Марку:

— Откровенно говоря, Марк, я удивлена видеть тебя сегодня за семейным столом. Кажется, в последнее время мы нечасто имеем честь лицезреть тебя У тебя кончились деньги, ты вынужден ужинать здесь для разнообразия?

— Ага, — усмехнулся он.

— Тогда, я думаю, тебе следует запомнить, что, пока ты живешь в этом доме, в твои обязанности входит бывать здесь чаще, чем раз в месяц. Надеюсь, ты понял?

Питер заметил, что Марка поразили ее слова, но он принял покорный вид.

— Да, мэм.

— А ты, Пам, — единственная дочка Питера осторожно посмотрела на нее, — с завтрашнего дня сама будешь ездить к врачу на автобусе. Я не собираюсь возить тебя по всему городу. Тебе почти пятнадцать лет. Пора самой отвечать за свои поступки.